И… моя сестра.
— Адам, что станет со мной, когда вы отправите Свету домой? Я помню, что у нас договор… но, сколько же он действовал?
Адам, все еще занятый своим делом, ненадолго замер, прежде чем ответить. Он продолжал разделывать мясо, но я видела, что его мысли были где-то далеко.
— Сначала решим вопрос с сестрой и лунным камнем, — начал он. — Наш мир жесток и непредсказуем. Здесь нельзя быть четко уверенным в чем-то. Но одно я знаю точно: я не позволю тебе оказаться в руках тех, кто хочет причинить тебе боль или твоей сестре.
Его слова вызвали у меня противоречивые чувства. С одной стороны, я почувствовала облегчение от того, что Адам готов меня защищать. Но, с другой стороны, неопределенность и страх перед будущим продолжали грызть меня изнутри.
— Ты сделала все, что могла, чтобы защитить свою сестру, — продолжал Адам, заканчивая свою работу и подвешивая мясо над костром, чтобы оно могло готовиться. — И теперь наша задача — сделать все возможное, чтобы вы обе были в безопасности.
Глава 37. В пещере так горячо
Я молчала, пытаясь осознать его слова. Они звучали обнадеживающе, но я знала, что этот мир полон опасностей. Я не могла понять, что будет дальше и какой путь нас ждал. Но я также понимала, что больше не могу делать все в одиночку. Раньше я всегда старалась решать все проблемы сама, но теперь я должна была полагаться на других.
Адам сел рядом со мной, его лицо освещалось мягким светом костра. Он смотрел на огонь, его глаза были задумчивыми. Я чувствовала, что за его спокойствием скрывается глубокая забота и ответственность.
— Не стоит волноваться о будущем прямо сейчас, — сказал он, мягко касаясь моей руки. — Нам нужно сосредоточиться на настоящем. Ты уже прошла через многое, и теперь настало время немного отдохнуть и восстановить силы.
Его прикосновение было теплым и успокаивающим, и я почувствовала, как напряжение окончательно уходит. Я опустила голову и закрыла глаза, чувствуя, как усталость начинает брать верх.
— Мы справимся, — прошептал он, и в его голосе звучала твердая уверенность. —Я обещаю, что все будет хорошо.
Что-то меня потянуло к нему. Я прикоснулась к щеке Адама, скользнула медленно ладонью и повела к подбородку. Внутри разгоралось желание. То самое потаенное, которое оставило меня в комнате.
Мне нужно было больше почувствовать. Больше его тела. Больше его аромата. Я развернулась к Адаму, уперевшись рукой возле его колена. И, кажется, это немного вышибло мне мозги.
Я облизнула пересохшие губы. Нерешительно коснулась кончиками пальцев вздымающейся грудной клетки. Голова окончательно перестала здраво мыслить. Да что уж там – она перестала мыслить вообще.
Поэтому я опустилась ниже, по стальным кубикам пресс к полоске волос, которая заканчивалась у резинки штанов. Ощутила, как исходящий жар от Адама передавался мне. Заставлял горячих мурашек с новыми силами двигаться по коже и разгонять кровь.
И я не могла остановиться. Все прикасалась и прикасалась, будто никак не могла насытиться. Словно зверек, которому перед смертью, жизненно необходимо потрогать недоступного хищника.
Я знала, что Адам смотрел. Следил за неловкими движениями и ничего не пытался сделать. Он был напряжен до предела. Терпеливо и неподвижно наблюдал, словно из последних сил. А я краснела, пытаясь остановить себя, но это было сильнее.
Тело не слушалось. Ему хотелось быть ближе. И воспротивиться этому ощущению невозможно.
— Если это продолжиться, то я не смогу сдержаться, — прохрипел Адам, обжигая горячим дыханием.
Я даже вздрогнула от этого. Никак не ожидала, что Адам скажет что-то подобное. Но, казалось, в тот момент, я плевала на все последствия. Продолжала исследовать мужское дело, определяя ряд отличий. Да, это чисто научный интерес, а не моя поехавшая от возбуждения кукуха.
Обычно спокойный и уравновешенный Адам, неожиданно для меня вдохнул и выдохнул с явным рычанием. Глубоким. Утробным.
Таким, от которого кожа покрылась горячей россыпью мурашек. Я подсмотрела на Адама затуманенным взглядом. Голубую радужку полностью закрыли черные, расширенные зрачки, в которых отразилось что-то сумасшедшее. Сдерживаемое и сидящее на цепи глубоко внутри, но сейчас желающее вырваться наружу.
Внизу живота полыхал вулкан и отзывался новой горячей волной от впитываемых прикосновений к Адаму. Я не могла и не хотела останавливаться. Тело не поддавалось контролю. Оно были движимо инстинктами.