Я зажмурилась, ощущая, как сердцебиение отчетливо ускорялась, нагоняя бешеный ритм. Облизнула пересохшие губы. Между ног становилось горячо от этих грязных слов.
Это было так пошло. Так развратно. Так неумолимо желанное, что хотелось еще и еще.
— Ты такая привлекательная… эта теплая, мягкая кожа…
Адам прикоснулся внутренней части бедер, от чего захотелось взвыть и полезть по стенам. И это все путало мысли. Чертовски путало мысли. Буквально вышибало все здравое и логическое.
Мы, словно дикие звери, жаждали перейти к главному. Вкусить друг друга, но почему-то неторопливо лакомились отдельными кусочками. Пробовали.
И я открыла глаза. Вся пещера наполнилась их пряным ароматом. Запахом, от которого просто ехала крыша, накрывал с головой. Подомной был один Альфа, сзади меня второй. Как же жарко.
Я опустила взгляд вниз.
Голубые глаза Адама горели в темноте. Он безотрывно смотрел. Я на него тоже. Это взаимное притяжение заставляло кровь в жилах бежать по венам. Соскользнула с его опасных глаз на жилистую шею.
Каждое прикосновение било электрическими разрядами по телу. По сердцу. По душе.
Рука сама поднялась вверх. Адам наблюдал и не шевелился, продолжая лишь удерживать меня за бедра. Смотрел напряженно, слегка озадачено. Точно сдерживал свои звериные порывы.
Давал мне шанс поиграться. Как и Гатар.
Жар ударил по телу. Был ли он от разведенного костра или от мужчин, я уже не знала. Не понимала. Здесь властвовали и разгуливали голые инстинкты, когда хотелось просто узнать.
Обозначить.
Исследовать.
Рука замерла прямо над бьющейся под кожей жилкой. Я никогда еще по своей воле не трогала Адама. Это никогда не было моим желанием. А сейчас оно было.
Требовательное. Просто сумасшедшее вожделение. Прикоснуться. Почувствовать его. Испробовать это. И я коснулась подушечками пальцев кожи. Невесомо. Очень осторожно. Замерла под взглядом зверя, явно чувствуя пульс.
Он посылал дрожащие импульсы под ногти, к ладоням и до самой груди. Наши сердца бились в унисон. Словно единый организм. Увлеченные одним единственным действием – исследованием друг друга.
Пальцами медленно вела вниз, почти не касаясь. Будто бы щекотала его, а на самом деле больше боялась обжечься. Дрожала, нервно кусала губы.
Дыхание Адама сорвалось. Он крепко втискивается ладонями в бедра, принося тянущую боль вслед за умопомрачительным удовольствием. Мои рецепторы абсолютно сошли с ума, раз за болью следовало наслаждение.
Хотелось еще.
Адам медленно вдохнул и выдохнул. Почти со свистом. С каким-то внутренним желанием бороться и держать себя в руках. Вены на его бицепсах вздулись. Мышцы перекатывались под кожей. Господи… какая у него внутренняя мощь.
Я буквально умоляюще смотрю на него. Останови меня. Я не могу перестать это делать. Это было выше меня.
— Ты делаешь буквально все, чтобы я перестал сдерживаться…
И залазит рукой под разорванную одежду.
Пс-с-с... поддержите меня комментариями, солнышки... мне нужно вдохновение... чмоки-чмоки..
Глава 39. Игра началась
— И я не собираюсь останавливаться…
Жар охватил меня внезапно, словно пламя, разгорающееся изнутри.
Нежные движения Адама, его руки, ласково скользящие по моей коже, казались сначала такими заботливыми, такими успокаивающими.
— А-а-ах… да-а-а…
Но что-то резко изменилось.
В следующую секунду его хватка на моей ноге стала слишком сильной, его пальцы вонзились в бедро с такой силой, что я невольно вскрикнула от боли.
Он сжимал мою ногу до синяков, и боль становилась невыносимой.
— Адам, что ты делаешь?! — резко выкрикнула я, пытаясь вырваться, но его хватка только усиливалась.
Я испуганно посмотрела ему в глаза и ахнула: его зрачки расширялись так быстро и сильно, что казалось, будто его глаза стали полностью черными. Паника захлестнула меня, и я начала трясти его за плечи, в отчаянной попытке привести его в чувство.
— Адам! Прекрати! Пожалуйста, очнись! — я кричала ему, но он, казалось, не слышал меня.
В этот момент за моей спиной раздался хриплый звук. Я обернулась и увидела, как Гатар, который сидел сзади, внезапно упал на колени и начал задыхаться. Его руки схватились за горло, как будто он пытался дышать, но не мог. Его кашель становился все громче, отчаяннее, и его тело содрогалось от конвульсий.
Шок захлестнул меня с новой силой. Что с ними обоими происходило? "
— Гатар! Адам! — я отчаянно крикнула, но никто из них не ответил.