Внезапно Гатар гортанно засмеялся, и этот звук пробежал по мне как холодная волна. Смех был грубым, почти хищным, как у волка, предвкушающего добычу.
— А я думал, что ты будешь реветь, как баба. А у тебя есть сила воли, щенок. Может, все еще не так потеряно. Или это тебя наша девочка на ноги поставила, а? — его слова были полны насмешки, но в них чувствовалась и доля уважения.
От этих слов мурашки побежали по моей коже. Что значит «наша девочка»? Почему он так говорит? Мой разум, несмотря на физическую слабость, анализировал все, что они обсуждали, но не мог уловить все детали. Я чувствовала, как каждый их разговор становился все более важным для моего понимания того, что происходило вокруг.
Я-то слышала много раз про «омежку» или «эта девушка», но, чтобы Гатар с такой теплотой произносил «наша девочка». Это уже была какая-то новая грань.
Однако Адам оставил вопрос Гатара без ответа. Это молчание казалось тяжелым, и я невольно напряглась, ожидая, что он скажет что-то в ответ, но он предпочел промолчать.
Возможно, не хотел поддерживать игру Гатара или просто не считал нужным отвечать. Но для меня это молчание стало еще одной загадкой, которую я не могла разгадать.
Вместо ответа Адам перешел к делу. Его голос стал твердым и уверенным.
— Проверь, куда делся покупатель. Нам нужно вытащить сестру Ани. Чем раньше — тем лучше.
Эти слова снова вернули меня к реальности. Света. Моя сестра. Как только я услышала ее имя, мой страх за нее вспыхнул с новой силой. Мысли о том, что она могла оказаться в руках этих людей, заполнили меня.
Все, чего я хотела, — это защитить ее, но вместо этого я лежала здесь, беспомощная, неспособная даже встать на ноги.
— С тобой хер пожрешь.
Послышался звук жевания. Гатар, казалось, совершенно спокойно взялся за еду — я услышала, как он начал есть пойманного кролика. Этот звук был таким обыденным и простым на фоне всех серьезных обсуждений, что на мгновение я удивилась.
Как можно быть таким спокойным в такой момент?
— Что, утомился и хочешь отдохнуть подле омежки? — снова гортанный голос Гатара, полный иронии и грубого веселья.
Альфа был бы не Альфой, если бы не старался задевать Адама каждый раз за живое.
Адам ответил, не проявляя никакого раздражения:
— Нет, Аня на мне уснула. Не хочу тревожить. Она устала. А ты все равно ничем не занят.
— Я? Я ем, вообще-то.
— Доешь и пойди проверь.
Эти слова неожиданно обрушились на меня теплой волной. Я не осознавала, что Адам держал меня на руках все это время. Его забота тронула меня до глубины души. Он предпочел не тревожить меня, потому что понимал, как много я пережила.
Это было приятно — чувствовать его поддержку, даже если я не могла ничего ответить.
Гатар какое-то время молчал, будто взвешивал слова Адама. Словно его язвительный настрой на мгновение испарился, оставив лишь усталость и осознание серьезности происходящего. После короткой паузы я услышала, как он дожевал последний кусок пищи, и, не сказав больше ни слова, ушел на разведку.
Тишина вернулась в пещеру, прерываемая лишь тихим потрескиванием костра. Я ощущала тепло, исходящее от огня, и чувствовала, как рядом со мной оставался Адам. Его присутствие было обволакивающим, как надежный щит, защищающий меня от всех опасностей внешнего мира. Я знала, что он будет рядом, пока я не восстановлю силы.
Мои мысли возвращались к Свете. Страх за нее не покидал меня, но я также понимала, что в этот момент я ничего не могу сделать. Единственное, что оставалось — довериться Адаму и Гатару, хотя это было нелегко. Внутри меня бушевала смесь эмоций — гнев на свою беспомощность, страх за сестру и тревога за своё будущее.
Однако несмотря на весь этот вихрь эмоций, я вдруг почувствовала странное спокойствие. Возможно, потому что знала: я не одна. Эти двое, Адам и Гатар, несмотря на их разногласия и колкие замечания, были на моей стороне. Они собирались спасти Свету и защитить меня. Это дало мне силы продолжать бороться, даже если сейчас я была физически ослаблена.
Адам скользил пальцами по непослушным прядям и разглаживал их, мирно дожидаясь восполнения энергии. И как долго волчицы восстанавливались? И могла ли я после этого называть себя волчицей?
Возможно, нет.
Скорее всего, я должна буду пройти то, о чем говорили Адам и Гатар. Полноценно стать женщиной, чтобы обрести силу и защиту от других самцов. Хотя, лучшим выбором было бы сбежать и начать жизнь заново, скрывая от всех свои силы.
— Я знаю, что ты не спишь и все слышала, — тихо произнес Адам, заставляя кожу покрыться мурашками. — Гатар не замечал реакцию твоего тела на все слова, которые он говорил.