Нужно было ждать, выжидать момент, когда он сможет нанести решающий удар.
— А что со мной будет дома? — чуть ли не шепотом спросила Света.
Гатар почувствовал на языке горечь. Привкус тревоги. Все-таки, ощущать эмоции людей тяжкое дело.
Найт рассмеялся, его смех был сухим и коротким.
— Хах. Ты скоро узнаешь, милая. Поверь, с тобой будет то же самое, что и с твоей сестрой.
Как вам покупатель? Что можете сказать о нем?
Цветочки мои! Слегка забегалась с написанием глав и сюжета для книженьки!!! Постараюсь выпускать стабильнее! Вижу, что вас прибавилось!))) Цемчики каждому! Очень счастлива вас видеть!!!!
Глава 50. Кто она?
Глава от третьего лица
Рассказ не от чьего-то лица. Все описанное исключительно для того, чтобы раскрыть некоторые важные факты, о которых мы не сможем узнать через основных героев романа
Возвращаемся к тому, как совершалась продажа Ани и Светы
Доктор Зальман стоял на краю леса, нервно оглядываясь по сторонам. Ночь была тихой, только редкие звуки природы нарушали ее мертвую тишину.
Вокруг него стояли охранники, а рядом топтался Арнольд, постоянно сжимая и разжимая папку с документами, как будто этот жест мог помочь справиться с его тревогой.
Зальман не мог не замечать, как Арнольд все время поглядывал на лес, откуда ожидалось прибытие важного гостя.
— Он правда тот самый оборотень-основатель? — спросил Арнольд, нервно кусая угол папки.
Его глаза блестели от волнения, а руки слегка дрожали. Арнольд был эдаким трусом, который всегда раздражал доктора Зальмана. Но ему приходилось с титаническими усилиями терпеть это. Ведь никто не выполнял грязную работу лучше, чем он.
Зальман раздраженно оглянулся на своего помощника и, сжав в руке палку, заряженную током, рявкнул:
— Да. И прекрати уже грызть эту папку, зараза! Нам еще показывать всех собранных блондинок Его Величеству.
Арнольд замер, но тут же бросил взгляд в сторону леса, словно в ожидании появления чего-то неведомого.
Зальман же, несмотря на показное раздражение, сам не мог скрыть внутреннего напряжения.
Он всегда был на стороже, особенно сейчас, когда дело касалось встречи с таким могущественным существом, как Найт.
Он понимал, что этот человек — не просто оборотень, а один из древнейших существ, последний из рода основателей, который когда-то изменил баланс сил в мире.
Зальман крепче сжал палку в руке.
Электрический заряд пробегал по ее поверхности, готовый к действию. Он знал, что нельзя недооценивать тех, кто способен вырваться на свободу и поквитаться с ним за все те эксперименты и манипуляции, которые он проводил.
Но его не волновали последствия — главное было не прогадать с текущей сделкой.
И тут, словно в ответ на их ожидания, из тьмы леса появился легкий мерцающий свет.
Это был магический, космический экипаж, который медленно выплывал из-за деревьев, словно парящий над землей призрак.
Экипаж выглядел внеземным — его поверхность переливалась серебряными и золотыми оттенками, словно впитывая в себя свет звезд. Он был окружен полем, искрящимся энергией, которую можно было почувствовать даже на расстоянии. Казалось, что этот экипаж создан не из материи, а из самой силы природы и космоса.
Колеса не касались земли, и он парил на высоте нескольких сантиметров, едва шурша, но даже в этом скромном звуке чувствовалась подавляющая мощь.
Сразу было понятно, что этот транспорт принадлежал кому-то, кто превосходит обычные человеческие представления о власти и могуществе. Да что там… даже существующие более высокие расы не могли позволить себе такое.
Экипаж остановился перед Зальманом, Арнольдом и охранниками.
Атмосфера вокруг него была напряженной, как будто сама природа замерла в ожидании.
Изнутри открылся проход, и из экипажа появился оборотень. Это был Найт — последний из рода древних основателей, ключевая фигура в борьбе за власть между всеми существами этого мира.
Господин Найт шагнул на землю с таким величием, что, казалось, само время замедлилось.
Его фигура была высокой, стройной, но вместе с тем наполненной скрытой силой. Его движения были точными и уверенными, как у того, кто привык к тому, что мир склонялся перед ним.
Он вышел из экипажа, не обращая внимания на окружающих, словно все они были не более чем призраки на его пути.