- Не влезет! - повторил я твердо. - Он шире, чем дверь, даже если боком.
- Но мы же его вынесли! - упрямо сказал тот же кентаврид.
- В эту дверь? - не поверил я.
- Да мы ее за один день починили, - непринужденно сказал Лостеданат. - Всего делов-то.
Вот как появилась декоративная лепка на входной арке. Занялись бы они народным творчеством, жди, если бы не нужно было прореху в стене заделать.
- Нет, так не пойдет. Других столов не нашлось?
- У мясников есть столы поуже, да они не отдают. А кто ж с ними, с мясниками, ссориться захочет.
- Столы только у мясников есть? У тебя, Лостеданат, в доме поселения стол есть?
- Есть. Но он слишком высокий и узкий, не подходит.
- А у тебя? - спросил я у другого архивариуса.
- Почти сломался. И другой тоже. Есть еще один, но он шатается.
Врут же, как пить дать. Я повернулся к администратору.
- Сломались. - Опередил он вопрос. - Вчера только. И починить не могу. Дома не сижу, работаю.
- Плотники есть в городе?
- Два отряда. Завтра приедут. Вчера уехали на заготовку леса.
Интересно, как кентавриды развились до цивилизации? Я плохо представлял себе, какими путями шла их эволюция, да и не рассчитывал тратить попусту время, решая загадки местной антропологии. Судя по сложившемуся менталитету, она шла долгим и витиеватым путем. Я все больше убеждался в правоте ученых мужей академии, включивших Кентаврихору в список миров, нуждающихся в помощи Галактического содружества: здесь просто необходимо корректировать приоритеты и культивировать нормальные общественные порядки. В первую очередь - дисциплину, как метод воспитания благородного духа и чистых помыслов у субъектов частной собственности. Демократия может и подождать.
- Аскальдазд, на два слова, - я поманил администратора в сторону. - Плотники уехали вчера, а приедут завтра? Прекрасно, выходит, заготовка леса проводится не так уж далеко отсюда. Немедленно отправь туда бригадира архивариусов взамен на одного плотника. Благородный труд на лесоповале принесет этому бездельнику массу удовольствия, а мне нужен плотник, который в кратчайший срок соберет стол по моим требованиям. Если это невозможно, я вызову плотника из столицы - министр лично просил связаться с ним в случае затруднений на месте.
Администратор затряс головой.
- Это вполне возможно. Плотник будет через час. Зачем из столицы? Столица очень далеко. Наш доберется быстрее. Сколько времени сэкономим! Все сделаем.
К вечеру новый стол занял положенное ему место. Это время я потратил на экскурсию по городку. Сославшись на дела, администратор временно закрепил за мной гида - чрезвычайно болтливого и во всем осведомленного чудаковатого старика по имени Настуриарий, с седой бородкой и линяло-серебристой кисточкой волос на конце хвоста.
- Тебе повезло, лучшего гида невозможно найти даже в столице, - снисходительно заметил старичок сразу после знакомства. - Я водил по нашему городу очень важных персон. А все потому, что лучше меня здешнюю местность, а тем паче историю никто не знает, у нас затруднения с интеллигенцией.
- Ты интеллигент? - я попытался изобразить любопытство и должное уважение.
- Единственный. Остальных замочили нахрен полоумные повстанцы, что шатались здесь до переворота в столице. Я даже знаю какие-то земные диалекты. - Настуриарий многозначительно замолчал.
- Неужто?! - поспешно изумился я после небольшой паузы, догадавшись, чего ждет кентаврид.
- Разумеется. Это было проще простого, я был близко знаком с земным архивариусом, что работал здесь до твоего прилета. Он был восхищен моими успехами, мы с ним часто беседовали о высоких материях. Я читал в подлиннике вашего поэта Дарвина.
- Грандиозно!
- Да. Скажу прямо, стихи неважные, но образы очень богатые. Безусловно, это основоположник вашей мифологии.
- Я дам тебе почитать Крылова, - воодушевленно пообещал я, - это знаменитейший философ и социолог нашей цивилизации. Его диссертация на тему "Обезьяна и зеркало" перевернет твое представление о мире в целом - это настоящий взгляд с другой стороны.
Увлеченные беседой, мы подошли к центру города, и наша экскурсия началась. К ее завершению я мог найти местные достопримечательности с закрытыми глазами: вот управление, сюда два раза наведывался координатор области, подумать только, какая честь, а здесь корпус безопасности, пять лет назад здесь стояла армейская рота, ловили горных повстанцев, но не поймали, потому что горы в соседнем районе, да и к власти пришли вожди этих самых повстанцев, и армия вернулась на базу, а вон там центральная площадь, нет, других площадей в городе нет, но эта центральная, а сейчас мы подходим к первому блоку переработки овощей, за которым находится второй и четвертый, третий между ними, но мы туда не пойдем, там в прошлый сезон повесился один дурак и никто туда не ходит, все боятся привидений, вот чушь, но нам там делать нечего, лучше посмотрим нашу центральную площадь, где в сезон дождей свободно разворачиваются две баржи, не вру ни грамма, проверяли, правда винтом сбили герб над крыльцом управления, капитана хотели судить, но он сбежал к повстанцам, нет, не к горным, и не к речным, а к подпольщикам из столицы, а вот и само управление, которое видело на своем веку уже тридцать два администратора, наш тридцать третий... Старичок души не чаял в своем родном городе и водил меня по улицам вдоль и поперек, а так как достопримечательностей было мало, а рассказать он мог много, то мы ходили кругами, и с каждым разом я узнавал что-то новое. Толпа зевак, сопровождавшая меня от самого архива, постоянно спорила с гидом на предмет уточнения деталей исторических событий и постепенно рассеивалась по мере того, как кентавриды уставали любоваться свежей диковинкой - моей персоной. Несомненно, суждено мне было остаться бессмертным в исторических анналах города, наравне с площадью, управлением, первым блоком переработки, вторым блоком и т.д.
Вернувшийся с вечерней зарей бригадир архивариусов был утомлен благородным трудом на лесоповале, но полон энергии и тут же изъявил желание заняться работой в архиве в соответствии с моими распоряжениями прямо сейчас. После краткого ответа, что он свободен, Лостеданат впал в истерику, воплями убеждая меня, что его работа по специальности принесет Кентаврихоре гораздо больше пользы. Пришлось пояснить, что я именно это имел в виду, но до утра он может отдохнуть. Со счастливой и безмятежной улыбкой на физиономии архивариус завалился спать прямо в архиве на новом столе.
Покончивший с рутинными делами администратор нашел меня в моей башне, когда я только оторвался от бумаг и планов на следующий день. Первым делом он поинтересовался, как здоровье министра. Мой ответ, что я сегодня с ним не связывался, его вполне устроил. Поинтересовавшись, сытно ли меня накормили, удобно ли я себя чувствую в новой обстановке, не нуждаюсь ли в чем, Аскальдазд пожелал спокойной ночи и удалился.
Городок за окном сонно перемигивался огнями, по улицам изредка проносились машины припозднившихся крестьян. С болот медленно надвигался туман, в его клочьях одна за другой прятались звезды.
"Сработаемся!" - подвел я итог дня под свежими записями в дневнике и уснул крепким спокойным сном.
День второй . Процесс поше л
Утро ворвалось в мой сон артиллерийским грохотом и вспышками взрывов. Спросонья я свалился с кровати в безопасное место, то есть на пол, похлопал глазами и ринулся к окну - вот оно, человеческое любопытство - на ходу хватая одежду и сумку с оборудованием и важными документами. Нет, о моей преданности делу не было и речи, просто ничего ценного кроме оборудования и документов у меня все равно не было, так надо же было что-то захватить с собой в бегство.
Однако бежать и скрываться от летящих снарядов и пуль не пришлось. С разорванного молниями неба низвергались тонны воды, которая реками заполоняла городские улицы. Всемирный потоп длился буквально минуту, затем на город обрушилось солнце, раскинув над долиной огромную яркую радугу невиданной красоты. Рваная черная туча, виновница светопреставления, быстро удирала к горизонту, скрывая добрую четверть его сплошной завесой проливаемой воды. Вода быстро уходила в ненасытную почву, ее потоки все теснее жались к домам, из которых выскакивали сонные кентавриды.