Вернее здесь было бы сказать, пытался анализировать, потому что совершенно несмотря на обычно помогающий ему звуковой фон настроить мысли на нужный лад у него никак не выходило. В голову всё лезли и лезли совсем ещё свежие воспоминания о недавнем разговоре с позвонившей ему в обед матерью. Та очень беспокоилась об Иване, нырнувшем недавно, как его Вениамин не отговаривал, в ту чёртову игру в надежде выиграть её Главный приз.
Ведь говорил же Веня ему, что не стоит этим и заморачиваться, слишком уж сложным был в игре путь к её Главному призу! Чтобы получить последний, даже любому из их СОПов, имевшим спецподготовку по разного рода боевым навыкам и выживанию в экстремальных условиях, из-за чего ни для кого из них участие в игре было невозможно, пришлось бы изрядно попотеть. Чего уж говорить за обычного человека…
И вот теперь беспокойся тут за него. Он туда полез, кажется, в образе учёного-биолога, одном из самых слабых. Денег на что-то получше у него не было, у Вениамина же взять хотя бы в долг он наотрез отказался. Оно и понятно, по жизни ему просто кошмар как не везло, что с работой, что на личном фронте, самолюбие же тоже требовало к себе внимания.
И вот сегодня маме приснился какой-то тревожный сон с его участием, который она ни в какую не захотела рассказать даже виртуальному толкователю сновидений, выводы которого всегда были основаны на последних научных разработках в этой области. Она считала, что из-за этого сон непременно сбудется. Хотя даже это последние исследования учёных в этой области в большей мере опровергали, чем подтверждали. Что поделать, у зрелых людей были свои, передаваемые из поколения в поколение способы толкования и иного обращения со снами, которые, надо признать, иногда бывали и эффективнее научных методов в этой сфере…
Тут ещё на Вениамина Яковлевича по работе дел как раз в это время много навалилось. И тоже, в основном, из-за этой чёртовой игры! Руководство наседало, подай им уже сейчас разработки по нейтрализации вероятности чрезмерно больших выплат в «Земмар» в качестве её Главного приза. В то время, как ему край, как нужно было поплотнее заняться программистами «Русского азарта», в вотчине которых он не так давно стал замечать какую-то странную активность, какие-то подозрительные, на его взгляд, разработки, ведущиеся вовсе не в том направлении, в каком их нужно было в их компании вести. Причём, заняться негласно, чтобы никто пока об этом не знал. Могло ведь, в принципе, и оказаться, что ему просто показалось!
Нет, внешне там всё выглядело вполне себе респектабельно, да только вот интуиция Вениамина Яковлевича Сараева ещё никогда не подводила. И это тоже сейчас играло не в пользу того, чтобы оставлять Ивана в игре. Хотя и вытаскивать его оттуда принудительно было не вариант. Можно себе представить, какой бы он скандал Вениамину закатил, сделай тот сейчас такое. Проделать же это, не нарушая внутренних правил компании, да и закона, было просто невозможно, так что шума здесь не должно было быть никакого.
Смяв рукой лежавшую у него на столе симпатичную пустую картонную коробочку из под леденцов, которая жила там уже несколько дней из-за её интересного, понравившегося Вениамину дизайна, хозяин кабинета бросил её в стоявшую у него под столом корзину для мусора. Затем достал из стола такую же, только ещё не початую, вытащил из неё и отправил в рот сладость с экстрактом успокаивающих трав. Потом же и вовсе встал из-за стола и направился к выходу из кабинета, собравшись на сегодня уже закончить свой рабочий день, несмотря на то, что время ещё только-только перевалило за обед.
Сейчас ему захотелось пойти просто посидеть в кафешке, успокоиться, подумать за чашечкой кофе, причём, в кафе не здесь, на работе, и не в самом дешёвом, чтобы там непременно царила так ценимая обычно Веней при таком настроении тишина. Завтра, похоже, ему всё-таки придётся побеспокоить айтишников их корпорации, слишком уж те его тревожили в последнее время. А потому ему сейчас очень много нужно было обдумать.
Выйдя в свою приёмную, он лишь коротко бросил молодой секретарше Марине, что его сегодня уже не будет, и поспешил поскорее покинуть здание офиса «Русского азарта», где ему сейчас стало почему-то очень некомфортно. Хотелось поскорее оказаться в уютной тишине одного давно облюбованного им как раз для таких случаев кафе неподалёку от Кремля, где из-за чрезмерно высоких цен всегда было очень мало посетителей, насладиться там дорогим, очень качественным кофе и хорошенько обдумать каждую из навалившихся сейчас на него проблем. Царящая в том заведении атмосфера покоя и умиротворённости подходила сейчас для этого, как никакая другая, и поэтому совсем скоро в офисе «Русского азарта» уже никто не знал, где можно было найти сейчас Вениамина Сараева.