Диспетчерский отсек, из которого здешнее руководство командовало станцией и координировало работу всех её подразделений, оказался просторным залом с высоким белым потолком и такими же стенами. Покрытие последних, по всей видимости, состояло из всё тех же кристаллов «КИ», благодаря которым в диспетчерской было очень светло.
По всему помещению парными рядами, — лицом к лицу для сидевших за ними операторов, — были расставлены столы для работавшего там персонала. Каждый из тех столов имел на своей крышке этакое ограждение высотой где-то с полметра, представлявшее собой голографический, выгнутый полукругом экран. Тот же висел прямо в воздухе над столешницей, на высоте где-то с ладонь, и, по всей видимости, дублировал то, что человек видел на своём внутреннем «мониторе».
На столах, в ограждённых голографическими экранами «двориках» перед каждым из работавших там когда-то работников лежали этакие переплетения из проводов, повторяющие своей формой контуры человеческой головы. Наверное, работавшие здесь диспетчера и впрямь надевали это себе на головы. По всей видимости, это были какие-то устройства, усиливавшие получаемые и издаваемые встроенными в головы людей микрочипами сигналы, чтобы тем ещё эффективнее руководить всеми протекающими на станции процессами при помощи своих внутренних компьютеров.
Всё это у нас получилось разглядеть благодаря тому, что едва только пройдя прямоугольную, с закруглёнными углами железную дверь, мы с друзьями оказались на опоясывавшем большое помещение диспетчерской по периметру, как-то «приклеенном» к его стенам балконе. Тот возвышался там над столами диспетчеров где-то на высоте четырёх-пяти метров. Вниз оттуда легко можно было попасть по сбегавшим на первый этаж через каждые десять-одиннадцать метров ступеням с перилами.
На часах было уже двадцать три тридцать. Не обращая уже ни малейшего внимания на доносящиеся от только что запертой нами двери зловещие звуки её царапанья с другой стороны когтями оставшихся там с носом чудовищ, я «пробежался» по тому балкону взглядом. Осмотрел его вдоль противоположной стены, в направлении одного из торцов диспетчерской, самого дальнего. И тут мой взор натолкнулся на имевшиеся и здесь в одном из концов помещения этакие «аквариумы», вмещавшие в себя, как сразу становилось понятно, кабинеты здешнего руководства.
Балкон по периметру диспетчерской плавно обтекал те похожие на вместилища для комнатных рыбок помещения, сливаясь с площадками перед их дверями. Туда-то нам и нужно было сейчас попасть. Можно было, конечно, посмотреть перед этим хотя бы на один из выгнутых полукругом над столами экранов внизу, может, что полезное там удалось бы увидеть. Но, думается, в помещениях здешнего начальства у нас получилось бы лицезреть всё то же самое и даже больше, и потому лучше всего сейчас было немедленно отправиться именно туда.
Между тем, мои спутники, точнее, Паша и Егор, уже стали, осматриваясь вокруг, продвигаться по принявшему нас на себя балкону в сторону только что увиденных мной «аквариумов». То ли тоже заинтересовавшись последними, то ли просто направляясь к расположенной в той сторону ближе, чем в противоположной, ведущей вниз лесенке. Опять несогласованные действия! Я покачал головой, однако, говорить на этот счёт пока ничего им не стал, решив покуда просто не выпускать их из поля своего зрения.
Вдруг, бросив взгляд на аквариумы в торце зала диспетчерской и задержав его там дольше обычного, — надо же было их хоть немного осмотреть, — я неожиданно получил в виде всплывающего окна следующую информацию:
Персонаж игры «Земмар»:
— чудовище Притворщик — чуждая форма жизни, проникшая на станцию в результате взрыва в воздушной выпускной шахте вентиляционной подсистемы девятнадцатого блока производственной составляющей, повлёкшего за собой нарушение герметичности Земмар;
Статус:
— элемент игры;
Опасность, которую он собой представляет, и прочие характеристики:
— хищник;
— сильное мускулистое тело, по форме напоминающее земного спрута, каждая из конечностей которого оканчивается этаким подобием морды с зубастой пастью, зево которой служит здесь ещё и органом обоняния, и одним глазом, выполняющим одновременно и функции органа слуха;
— количество конечностей: одиннадцать;
— способность маскироваться подобно земному хамелеону, притворяясь внешне чем или кем угодно, что подходит по размеру;
— способность к быстрой, практически моментальной регенерации всего тела, за исключением мозга в подобиях морд на концах конечностей, на восстановление которых чудовищу требуется десять часов. Во время воссоздания там мозгового вещества монстр может продолжать свою активную жизнедеятельность. По истечении же его происходит мгновенное обучение выращенных мозговых клеток при помощи других взаимозаменяемых частей всего мозга, что находятся в иных подобиях морд;