Пристроившись в хвост одной из не слишком больших благодаря их быстрому продвижению очередей, мы оба, не сговариваясь, начали шарить по карманам в поисках носовых фильтров. Последние перед выходом наверх крайне желательно было вставить в нос, чтобы хоть немного защитить себя от мало улетучившегося за ночь смога. Они и назывались так: «Антисмог-24», где цифра «24» говорила о том, что их действия хватало ровно на двадцать четыре часа их же непрерывной работы.
«Антисмог-24» были довольно-таки недорогими носовыми фильтрами, благодаря чему мы с Максом вполне могли их себе позволить, при том, что их качество нареканий почти не вызывало. Конечно, их было не сравнить с такими, как, скажем, «Изумруд Люкс» или и вовсе «Источник жизни», которые были по карману только менеджерам среднего звена и выше, но всё же их хватало, чтоб хотя бы относительно сохранять себе здоровье в условиях отвратительной экологии города.
Порт-лифты мгновенно перемещали народ на земную поверхность, едва только тот проходил в их проходы. Тем не менее, выглянуть сквозь последние, привстав на цыпочки, на улицу, чтобы посмотреть хотя бы, какая там погода, ни за что бы не получилось. Проходя в лифт-портал, каждый человек моментально терялся в дымке его прохода и пропадал из вида тех, кто шёл сзади, будто погружался в какую-то непрозрачную жидкость. Как это было и в кабинах подобных порт-лифтов там, на поверхности, при помощи которых люди поднимались на станции метро, остановки автобусов, стоянки авомаршей — антигравитационных воздушных маршрутных такси, стоимость проезда на которых была повыше, чем на метро или авобусе благодаря более комфортному перемещению в них.
Вскоре и мы с Максом «погрузились» в ту «непрозрачную жидкость», чтобы сразу же «вынырнуть» из неё по другую сторону порт-лифта и теперь уже оказаться на улице мегаполиса. Последний встретил нас ещё и своим извечным шумом, который царил там в том числе и из-за огромного множества народа, спешащего каждый по своим делам. На ходу прохожие то разговаривали между собой вслух, а не по ВМС, то слушали музыку не по внутреннему вирту, а при помощи каких-то минипроигрывателей и без использования наушников, а то и издавали другие разнообразные звуки, или завтракая на ходу, или открывая баночку с каким-нибудь энергетиком, или шурша какой-нибудь обёрткой…
В этой мешанине шума не последнюю роль играл и ни на секунду не прекращающийся, довольно громкий и насыщенный, хотя и неравномерно льющийся сверху шорох, издаваемый носящимися над головами авоскейтерами. Эти сорвиголовы то и дело стремительно пролетали по воздуху над пешеходами на скользящих на антигравитационных подушках на расстоянии четырёх-пяти метров от уличного покрытия авоскейтах — антигравитационных воздушных скейтах. Плюс постоянный шум, подобный звукам, издаваемым ветром, от спешащих там же, вверху, каждый на своей высоте авомобилей, поездов метро, авобусов, авомаршей и прочих воздушных транспортных средств, удерживающихся на высоте при помощи устройств, создающих такие же, как и у авоскейтов, преодолевающие земное притяжение магнитные поля.
В носу и горле сразу противно защипало, глаза заслезились из-за насыщенного всякой химией воздуха, несмотря даже на защищающие их носовые фильтры. Нужно было немного привыкнуть ко здешней атмосфере, всё-таки защита у нас с Максом была класса эконом, поэтому с этим приходилось мириться. Ещё б для глаз что-нибудь придумали… Хорошо, что в подземелья столицы воздух закачивался очищенный, это был один из плюсов проживания под землёй, несмотря на который цены на жильё здесь, на поверхности, всё равно были куда выше. Создаваемый закрывающими со всех сторон дневной свет высотными строениями полумрак хорошо разгонялся искусственным освещением, так что было даже неважно, что в мегаполис давно уже не проникал солнечный свет. Тот не мог пробиться здесь к земле не только из-за плотной городской застройки, но ещё и благодаря плотной пелене висевшего над и среди его строений смога.
Стараясь не смотреть на многочисленных, протягивающих руки у выходов из порт-лифтов попрошаек, — всё равно подавать им возможности не было, — мы с Максимом тут же стали пробираться к ближайшему входу в метро. Каждый из нас внимательно следил при этом, чтобы в его внутренний вирт не попытался проникнуть какой-нибудь из непременно орудовавших на улицах города «карманников». Таким словом в городе по старинке называли уличных воришек, которые, пользуясь различными хакерскими хитростями, могли запросто взломать защиту виртуального мира зазевавшегося прохожего и очистить его счёт для текущих покупок. Хорошо хоть основную часть своих и без того небольших сбережений мы с Максом держали на особых счетах, где для распоряжения средствами нужно было лично явиться в банк.