…После недавних хирургических операций Ирки над самой собой, а потом прикладывания к тела её «АО-17» наша Индира, которая сейчас то ли дремала, то ли просто лежала с закрытыми глазами, очень быстро, прямо на глазах шла на поправку. Об этом говорили и появившийся теперь у неё на щеках прежний румянец, и ставшее уже совсем ровным дыхание, и переставшая проступать через повязку кровь, и много чего другого, если присмотреться. Она даже приняла участие в нашей с Максом почти неслышном перешёптывании, услышав его, видно, из-за присущего ей, как киборгу, уникального слуха.
— Вы правы, ребята, — было первым, что неожиданно прошептала она тогда, когда вклинилась в наше с Максимычем обсуждение нашего дальнейшего маршрута, — нужно идти к тому озеру, что вы увидели сейчас на карте. Хотя это и странно, озеро на космической станции…
— Да что же тут странного! — усмехнулся Макс. — Сказала же нам на вводном инструктаже Фиаза, что Земмар — это по сути очень похожая на Землю искусственная планета!
— Это мы ещё просто не видели здесь — когда б мы успели?! — лесов, гор, озёр, о которых говорила Фиаза, — проговорил я. — чтобы на всю заценить это творение человеческого разума! Подумать только, целая искусственная планета!
— Да-а, — протянула Ирка, — Ключ здесь найти та ещё задача!
— Может, зря мы во всё это ввязались? — обвёл нас с Иркой взглядом Макс. — Найти здесь этот чёртов Ключ, как я посмотрю, просто нереально!
— Если просто здесь тупо бродить и шарить то там, то здесь, то конечно нереально, — внезапно вмешался в нашу беседу Иван, который, конечно же, был уже в курсе, кто мы такие и что здесь делаем. — Если же прежде всего головой думать, то, я думаю, шансы всё же есть.
На мой взгляд, это было с его стороны, ни много, ни мало, предложение принять его в нашу группу. Хотя об этом, лично на мой взгляд, рано было ещё даже думать. Тем не менее, принять участие в нашей беседе ему сейчас абсолютно ничего не мешало, и поэтому я решил сейчас от него не сторониться.
— Я тоже так думаю, — поддержал я нашего нового знакомого. — Тем более, что мы уже во всё это ввязались, и назад пути нет. Разве что через позорный суицид, как сказала, помнится, та же Фиаза, но это мы даже рассматривать ни в коем случае не будем. Снова оказаться в Реале, только теперь ещё и с абсолютно голой задницей, — нет уж, увольте!
Все мои собеседники лишь тихо усмехнулись тогда в ответ на последние мои слова…
Судя по абсолютной тишине сзади, окликнувшие было нас и потребовавшие немедленно им сдаться солдаты преследовать нашу группу не стали. Кто знает, по какой причине, может, просто не успели вовремя вскарабкаться по стене в скрывшую нас нору, а может и ещё почему-то… Мы же всё равно ни на минуту не останавливались, хотя даже для наших виртуальных организмов уже давно требовался перекур. Впрочем, что с того, что тела у нас были сейчас всего лишь продуктом работы программистов? Ведь буквально все их особенности у нас сохранялись. И боль, и усталость, и даже эмоции… Мы даже по-прежнему время от времени хотели кушать, что делало вовсе не бессмысленными наши припасы съестного.
Надо сказать, среди нас сейчас бежали и Ирка, и даже Иван. Хотя целесообразность присутствия среди нас последнего всё-таки вызывала нешуточные сомнения даже у меня. И это при том, что мне, кажется, единственному в нашей группе было его жалко несмотря даже на то, что всё, что с нами там происходило, было всего лишь игрой.
Разумом я понимал, что от него всё же нужно было как-то избавиться. Нам ведь ещё Ирку или Пашку предстояло у оператора игры выкупать, — теперь-то бесплатников у нас стало двое! — и потому делиться своими денежками, которые мы обязательно должны были выиграть, с почти незнакомым нам человеком совсем не хотелось. Впрочем, и без этого «потому» навряд ли хоть у кого-нибудь из нас возникло бы такое желание…
Глава 8. Ночлег в планетолёте. Часть 2
Воды во фляжке у меня почти не осталось, вся ушла на размачивание смолы, на которую был приклеен к стене тот самый Иван Сараев. Кто знает, может, конечно, нам вовсе не стоило этого делать, а то теперь запасов влаги у меня было почти что ноль, но всё же где-то в глубине души я чувствовал, что, выручив его, мы с парнями поступили правильно. В любом случае у нас стало теперь на одного если уж и не друга, то хотя бы приятеля больше, пусть даже мы его и не возьмём с собой дальше. По крайней мере, мы могли на это надеяться…