Едва не падая на пол от усталости, вскоре мы с Егом вытащили Ивана из помещения с неисправными реакторами, тут же рухнув с ним на пол, в то время, как Макс с Пашей сразу за нами стали закрывать и запирать не пропускавшую радиацию дверь.
Свет вокруг давали теперь неприметные маленькие и не слишком яркие светильники в форме таблеток. Те висели на некотором отдалении друг от друга на сером потолке растянувшегося за только что впустившей нас туда дверью коридора с такими же серыми стенами и таким же полом, отделанным чёрными плинтусами. Друзья тут же расселись на том полу рядом с нами с Егом и Иваном, давая себе хоть небольшой отдых, и стали пить из своих фляжек воду.
Пить хотелось всем, даже Ирке, и это было ясно, как божий день и без игровых подсказок, так совершенно были выполнены наши виртуальные тела. Хотя, конечно, посмотри мы каждый перед тем, как это почувствовать, на свои внутренние экраны, мы увидели бы свою жажду, выраженную в каких-нибудь хитпоинтах. Я тут же протянул свою фояжку Ивану, после чего заметил, что то же самое по отношению к Ирке сделал и Паша. Впрочем, наша Индира жажду утолять почти не стала, её кибернетический организм был куда выносливее. Ивану же живительная влага пришлась, было видно, очень кстати. И что бы он делал здесь дальше без воды, на повстречай на своём пути нас!
Глава 8. Ночлег в планетолёте. Часть 4
На какое-то недолгое время мы все замолчали. Бросив снова взгляд на свой внутренний экран, я прочёл: «Радиактивное заражение! Состояние здоровья, включая зрение, слух и обоняние: общее самочувствие — восемьсот восемьдесят одна целая две десятых хитпоинта. Каждая секунда продолжения указанного радиактивного заражения забирает у игрока ноль целых семнадцать тысячных хитпоинта.» Ничего себе! Заражение, значит, пусть и не такими огромными шагами, как это было в только что покинутом зале, продолжается и здесь! Проклятье, нужно, значит, теперь подальше бежать от двери в этот чёртов ангар…
— Ребята, радиация и здесь достаёт! Поэтому дольше отдохнуть не получится, нужно бежать дальше. Иван, ты как?
— Немного отдышался… Попробую теперь сам.
— Давай, а если не сможешь, окликни, поможем. Посмотрим, как будет дальше, но сейчас мы одна команда и никого не бросим.
С последними словами я бросил строгий взгляд на Макса. Тот же в ответ лишь удручённо покачал головой. Все остальные наши бойцы, включая Ивана, тут же стали подниматься на ноги. За ними сразу же поспешили и мы с Максом. У меня получилось встретиться взглядами с Иваном, и тот успокаивающе мне кивнул. Но я всё равно про себя решил не спускать с него глаз. Вскоре уже вся наша группа была готова продолжить свой путь.
— Ну всё, погнали! — проговорил я, окидывая наш небольшой отряд взглядом. — Макс, ты, давай, первым, а я замыкающим. Двинули!
И в следующие мгновения мы снова побежали один за другим, теперь по неплохо освещённому коридору. Впереди меня тряслась от бега широкая спина Ивана, из-за которого я и побежал теперь в хвосте нашей маленькой колонны и который больше пока сбоев не давал. Надо же, как скоро иссякли его хитпоинты выносливости! Хорошо хоть теперь они у него быстро восстановились благодаря отдыху и воде…
Теперь мы держали путь к расположенной, судя по карте, на первом уровне уже принимавшего нас в своих стенах терминала площадке перед лифтами, при помощи которых я рассчитывал попасть на взлётно-посадочную площадь космодрома «Теневой». Очень хотелось верить, что больше тут игра не приготовила нам ничего из ряда вон выходящего.
Когда впереди показалась такая же внешне дверь, как и та, что только что выпустила нас из зала с реакторами, бежали мы уже, наверное, минут десять. Самочувствие пока ни у кого никаких сбоев не давало, так что у той двери мы оказались, все полные решимости вынести её сейчас вместе со всеми «потрохами», если она сию же минуту не выпустит нас из коридора на площадку со входами в нужные нам лифты. И это, в общем-то, нам тогда пригодилось, потому что дверь та и впрямь нас не пропускала. Она оказалась заперта, чёрт бы её побрал, и при этом с другой стороны! Так, что отомкнуть её у нас не было совершенно никакой возможности.
— Ёлки-палки! — выругался Максим одним из старинных выражений, что когда-то использовались для выставления напоказ своего слишком эмоционального настроя. — И здесь неувязка!
— Погоди, это ещё не неувязка, — усмехнулся Егор. — Неувязка будет, если ты её сейчас своим гранатомётом не сможешь уговорить.