— А ты подумай! — предложил Андрикаварс наклоняясь к своему другу.
— Твои предложения, — усмехнулся Зимин. Он достаточно хорошо знал Андрикаварса, и догадывался о том, что сейчас последует.
В глазах Джейкоба промелькнуло торжествующее коварство, но он быстро овладел эмоциями и опустив кресло в прежнюю позицию, небрежно вздохнул.
— Да, какие тут предложения, Нуар. Ситуация сложная. Ты и сам видишь. Можно перебросить добровольцев в мир Мари2? Разумеется. Можно. Можно даже обнаружить мир Полянского2 или мир Полянского3 и отправить исследователей туда, чтобы потом бесконечно сравнивать структуры и развитие миров. Переход из мира в мир люди освоили. Да. Но проблемы это не решит. Ведь так, Нуар? А? Реальность иных измерений по-прежнему будет сметать все достигнутое вами. Фейри? Это ненадежно, Нуар. Они могут уйти в любую минуту и тогда вы останетесь один на один с врагом, которому нет равных в нашем мире…
— Что. Ты. Предлагаешь. — сквозь зубы повторил Зимин.
— Научиться защищаться самим. — отчетливо и сухо произнес Андрикаварс. — Есть те, кто научился этому в древности, тысячи лет назад. Значит мы сможем научиться этому сейчас.
Утро было восхитительным и всё было бы еще лучше, если бы Фалько внезапно не заторопился обратно в город.
— Так как мы больше не откладываем регистрацию, то тебе надо успеть подготовиться к защите, — пояснил он, но Мари была уверена, что настоящая причина их скорого отъезда кроется в его нежелании находиться именно тут, в колдовском местечке фейри. Жених опасался новых сюрпризов со стороны волшебного народа. Может и правильно. Хорошо, что он пока не знает, что прошлую ночь провел с феечкой.
На обратном пути Сергей включил автопилот, а сам пересел ближе к Мари.
— Тебе понравилось озеро? — шепотом спросил Фалько по-хозяйски обнимая ее и нежно целуя в шею.
— Очень. — Мари прижалась к своему будущему мужу, надеясь, что он никогда не догадается о незначительном эпизоде минувшей ночи.
. Сергей начал целовать ее. Нежно и требовательно постепенно подбираясь к самому главному. Как могла Мари, отвечала на ласки, но уже не было уютного уголка вдали от цивилизации, а под ними находилось жесткое сиденье флаера, а не мягкое ложе на двоих.
— Что-то не так? — ощутив ее скованность, Сергей отстранился и теперь внимательно смотрел в глаза Мари.
— Ну что ты! — та улыбнулась подражая легкомысленной феечке и поцеловала своего мужчину в губы. — Подожди немного. Вот только прилетим и сразу же… к тебе? Или ко мне? А может быть снимем комнату в отеле?
Поцелуй был неловким, неудачным. Она почувствовала это, потому что Фалько не ответил. Он продолжал молча изучать Мари. — Ты какая-то другая. — наконец удивленно выдал он.
— Обычная, — нежно улыбнулась Мари. — Просто мы сейчас во флаере, а не в палатке.
И она бросила на него многозначительный плутовской взгляд. В последнее время Мари все время открывала в себе что-то новое и сейчас она подумала, что с такими актерскими данными ее наверняка взяли бы на главную роль.
— Это была не ты. — веско припечатал Сергей все так же изучающе взирая на девушку рядом с ним. — Этой ночью в палатке со мной была не ты. Так?
— Что за глупости. — возмутилась собеседница. — Я была с тобой всю ночь. Зачем… К чему эти глупые фантазии?
Взгляд… Это был жгучий взгляд судьи перед приговором. Взгляд следователя, который поймал преступника на горячем. Взгляд инквизитора отправляющего ведьму на эшафот.
Мари прильнула к своему жениху и нежно поцеловала его в щеку, но он опять не ответил и даже более того — отодвинулся.
— Это была не ты, — с горечью повторил Сергей. — Не ты! Неужели тебе все равно Мари? Тебе все равно? Как будто бы все, что произошло в палатке, так. Всего лишь случайный пустячок.
— Нет. Это была я, — горячо настаивала Мари, но он будто не слышал. Не верил.
— Нет. — Сергей покачал головой. — А где же была ты, Мари? Точнее сказать, с кем ты была раз так боишься признаться? С кем ты была наедине, пока я, одурманенный вином этих демонов, кувыркался в палатке с их феечкой?
Теперь он смотрел на нее так, что если бы поблизости находился эшафот, то… она наверное уже была бы там.
— Ты все придумываешь, Сергей — растерянно пробормотала она, пытаясь сгладить растущее недоверие. — Я люблю тебя. Только тебя. Это правда. Поверь.
— Я уж и не знаю, где правда, — ее спутник рывком пересел на место пилота отключая автоматику.