— Последняя, — деловито предупредил он.
Петр кивнул и стоически сцепил зубы готовый вытерпеть новый укол боли. Но перед этим он успел выпалить Иннокентию указав на пылающий в воздухе круг, сжигающий последнее наваждение эгрегора.
— И ты хотел, чтобы я пил вот это? Вот это⁈Да, тут, крепость почище самогона будет.
В дверь кабинета робко заглянул один из теоретиков. — Нуар Карлович, долго нам еще в буфете…
— Закрой дверь с той стороны, — скомандовал Зимин и, когда створки наглухо сомкнулись, перевел взгляд на самодовольного Андрикаварса. — Ты в своем уме? Даже кандидатура Фалько под вопросом, хотя он опытный специалист, который до Станции работал в дальнем космосе. А уж Донович и Звездочкин! Швырнуть этих детей, в твою точку сотворения или что там за хрень… Нет, ты точно спятил.
Говорил, а сам уже понимал, что как не противоречиво это, но сейчас Джейкоб прав. Слишком опасно оставить тех, кто соприкоснулся с иным измерением, без заботливого присмотра фейри. Зимин ни на йоту не сомневался, что его ненадежные союзники когда-нибудь уйдут. Легкомыслие древнего народа давно известно. Даже интерес к Мари удержит их ненадолго в нашем мире.
— У тебя нет выхода. — созвучно тревожным мыслям выдал Джейкоб. — Слишком далеко вы зашли. И научились противостоять тем, с кем невозможно справиться тут. На Земле.
— Сегодня мы вспоминали, что в древности были те, кто смог справиться с этим. — напомнил Зимин.
— Да. А потом они все погибли. Умерли не своей смертью. Потому что эгрегор никогда не забывает тех, кто хоть раз, хотя бы немного, но осмелился пойти против его воли. А на Земле их власть безмерна. Вспомни Джордано Бруно.
— Все я понимаю, Джей. — вздохнул Зимин. — Но они дети! Дети! Отправить их черт знает куда… Что они знают? Какая у них подготовка? Абсолютный ноль! Это безумие, Джей. Мы просто угробим ребят до того, как до них доберется эгрегор.
— Брось ныть, словно столетняя бабка, — глаза Андрикаварса за стеклами очков жестко блеснули. — Одних их никто и никуда не отправит. Я подыщу в экипаж опытных специалистов из своей группы. И потом, это не полет в чертову точку, как ты выразился. Место предварительно было исследовано и изучено моими людьми. И я! Я сам буду там, Нуар! Я отправлюсь туда вместе с ними.
— Тоже мне. Гарантия, — ехидно заметил Зимин.
— Тебе нужны гарантии? Так пригласи в экипаж Геллио или любого из его народа. Уверен, что их заинтересует этот полет.
— Что я скажу родителям? — Зимин внимательно смотрел в глаза ученого. — Что мы случайно втравили их детей в опасную историю и теперь они обречены? Что по нашей вине, ребят преследуют сущности из иного измерения? Что для спасения их надо отправить черт знает… ну ладно, не «в черт знает куда», а в хорошо изученное место дальнего космоса, в котором время и пространство меняются местами, и действуют неизвестные людям законы? Да, меня не то, что с потрохами… От станции камня на камне не останется. Если бы ты знал, что я сегодня утром выслушал от родительницы Звездочкина. Как, мол, допустил, чтобы мальчик пришел с работы в столь пьяном виде!
Представив разгневанное лицо мамаши Андрикаварс невольно рассмеялся. Не всегда родители готовы понять и принять тот факт, что их дети выросли и теперь уже сами решают и планируют собственное будущее и поступки.
Да. Все выходило не гладко. Какими-то рывками, неожиданными финтами, и абсолютной непредсказуемостью. Риск. Постоянный риск. Они ощущали себя игроками. Игроками в покер не имеющих козырных карт. Игроками, несмело и очень осторожно прощупывающими дальнейшие ходы противника. А если учесть, что на другой стороне покерного стола располагался не человек, а мироздание…
В кабинет вновь несмело постучали.
— Я же приказал ждать. — рявкнул Зимин, но увидев в закрывавшуюся щель того, о ком только что шла речь, вскочил и метнувшись к порогу распахнул дверь и быстро втащил внутрь Звездочкина. Оба союзника уставились на гостя так внимательно, так заботливо и доброжелательно, что парень внезапно растерялся.
— Ну? Говори с чем пожаловал? — поторопил его Зимин.
— Так… Я все вспомнил. — просиял счастливый Петя. — И от наваждения полностью избавился. А помог мне в этом Иннокентий.
— Еще один кандидат, — Андрикаварс бросил выразительный взгляд на Нуара.
— Вспомнил, рассказывай, — безразличным голосом произнес Зимин.