— Шекли? — искренне удивился Геллио мгновенно догадавшись о ком говорит собеседник.— Но… не может быть. Так не должно быть. Его можно осмотреть?
У Зимина вновь вырвался вздох. И на этот раз это был вздох облегчения.
— Именно об этом, я и хотел тебя попросить.
Он повернулся к Иннокентию.
— Проведи, пожалуйста, его к Шекли. А ты Фома задержись ненадолго. Хочу еще поспрашивать кое о чем.
Вначале Геллио размеренно и не спеша проводил руками над спящим, и вдруг остановился.
Так резко, будто натолкнулся на неожиданное препятствие и он, несмотря на все свои умения, не может одолеть этот барьер. После нескольких безуспешных попыток Геллио сделал знак хозяину и оба перешли в «столовую-кухню».
— Кое-что мне удалось сделать, — пояснил фейри. — Но этого мало. В нем есть то… что обычно не должно находиться в живом человеке.
— Он погиб, — напомнил Иннокентий. — В другой реальности.
— Странно. Очень странно. — задумчиво повторил Геллио. — Дело даже не в смерти, как таковой, хотя она наверняка оставила след. Нет. Тут дело в другом. Возможно в том, что Сергей искал? Трудно сказать. Когда-то, когда этот человек еще работал в дальнем космосе, фейри спасли его. Это вышло случайно, признаюсь. На одной из удаленных планет сохранилась звездная тропа к Земле. Вот и получилось так, что мы не прошли мимо. Конечно фейри не ждут благодарности от спасённых, но… тогда что-то произошло, нечто странное, и мы не смогли выяснить подробности. А потом… потом это стало ненужным.
Он остановился. Молчал и Иннокентий ожидая подробного объяснения.
— Кто знает, что скрывают глубины души — нараспев продолжил фейри. — Недоразумение, ссора, отчаяние вкупе с нашим тонизирующим напитком могли разбередить старые воспоминания давным-давно похороненные в глубинах прошлого.
— А конкретнее? — потребовал Иннокентий.
— Конкретнее? А конкретнее — он не тот за кого себя выдает. Что тебе известно о его прошлом, о мечтах, о его желаниях? Ничего. Что он вспоминал? Какими историями делился с друзьями? Ничем. Так? Например, ты, весь как на ладони. Я вижу тебя, чувствую, ощущаю пламень души. А он… он закрыт, Кен. Закрыт для всех. Подозреваю, что и для своих близких — тоже. Что-то произошло с ним в дальнем космосе. И произошло очень, очень давно.
На этот раз Шекли пробудился легко. Будто его разбудило нечто легкое и непонятное. Голова не болела, чувствовал он себя неплохо. Вот только с памятью было хреново.
Некоторое время он лежал в кровати пытаясь понять, где находится. Потом, вспомнил, что это квартира Иннокентия, но как он оказался тут — провал. Полный. Как черная дыра в сознании.
Единственное, что смутно припомнилось из недавнего кутежа, так это то, как лихо тратил свои деньги. Он легко встал с постели и быстро оделся, заодно проверив все карманы. Наличные отсутствовали, кристалл с личным счетом — тоже. Мдаа. Погулял неплохо.
Сергей хотел было окликнуть Иннокентия, поблагодарить за временное пристанище, но открыв дверь спальни внезапно услышал приглушённые голоса. Хозяин был не один. Он беседовал с кем-то на кухне и прерывать разговор врываясь со счастливым сообщением, мол, спасибо вашему шалашу, было не совсем удобно.
«Отправлю потом сообщение». — решил Шекли бесшумно проходя в прихожую. Он обулся и тихо закрыл за собой дверь.
Мари подумала, что надо бы вернуть подарок несостоявшемуся жениху. Правда, колечко, которое вручил ей Сергей, почему-то было жаль. Оно напоминало о том времени, когда она еще верила в искренность и… наверное в любовь.
Мари печально улыбнулась и начала поиски. Кажется она его достала из сумочки.
Или нет? Или положила на тумбочку в спальне?
Но как бы тщательно она не искала кольцо, все было напрасно. Ее колечко пропало.
Зато во внутреннем карманчике штанов обнаружился перстень подаренный фейри. С синим камнем, в который превратилась неведомая звездочка из ночного шоу.
Мастера иллюзий. Даже свой подарок фейри обставили с максимальным эффектом.
.
Все не то, чем кажется
Мари отправила колечко в декоративную шкатулку, которая служила для разных мелочей, и устало опустилась на свою кровать. Жаль, что колечко Фалько она не уберегла. Магия была тому виной или ее собственная рассеянность, разве теперь это важно? Она помнила, что не снимала его во флаере. Дома тоже. А вот потом…