—Вот за что мне все это дерьмо? Что я сделала в прошлой жизни, чтобы новая была настолько ужасной?
От мыслей вслух меня прервал Логан, который начал стучаться в дверь.
— Дженни, что с тобой случилось? Почему ты кричала, я переживаю. — голос у него был странный, на него это не похоже, последний раз в таком тоне он со мной разговаривал до трагедии. Мне стало не по себе.
— Я уже сказала, это не твое дело.
— Открой дверь, давай поговорим.
Я открыла дверь, но не для разговора с ним, а чтобы просто уйти в свою комнату и попытаться дальше заснуть. В дверном проёме стояло это чудовище, зрачки были расширенны, лицо красное и опухшее, перегар вперемешку с запахом помойки мгновенно ударил в нос. Я попыталась пройти, но он оттолкнул меня назад.
— Логан, что тебе нужно? Дай пройти, ты мне противен.
— Почему ты больше не называешь меня "папочкой"?
— Ты совсем обдолбался? Дай пройти. — попытка выйти из ванной опять не обвенчалась успехом.
— Ну попробуй, назови меня "папочкой". — его лицо исказилось в жуткой ухмылке.
— Отвали от меня.
Он подошёл вплотную ко мне, протянул свою грязную руку к плечу и скинул с него футболку.
— Ты совсем уже? Иди проспись.
— Заткнись.
Его пальцы начали трогать мое лицо, медленно приближаясь к губам, один из них попытался проникнуть внутрь.
— Убери свои поганные руки от меня, мразь обдолбанная. — я толкнула его и попыталась выбежать из ванной.
— Ты как с папочкой разговариваешь?
Он схватил меня за волосы и ударил головой об раковину. Оглушающая боль охватила все тело, из раны теплой струей начала капать кровь. Он посадил меня на сломанную стиральную машину, раздвинул ноги и попытался снять трусы, параллельно лапая грудь. Я вовремя пришла в себя, ударила его по лицу и толкнула в ванную, так что он мгновенно оказался в ней. Воспользовавшись моментом, я побежала к выходу.
— Стой, сука! — Логан погнался за мной.
Быстро открыв дверь, я оказалась на улице и без оглядки побежала по холодной земле.
Глава 2.
Мы жили около леса, нужно было пробежать совсем немного и я окажусь на дороге. Хоть я и отдалилась от дома на приличное расстояние, чувство погони оставалось, руки тряслись, а тело не хотело слушаться. Рана на лбу опухла, пульсировала, кровь не останавливалась и капала на тонкую ткань сорочки. Мне хотелось расплакаться, но времени на это не было, инстинкт самосохранения сделал свое дело, я бежала без остановки к дому Линдс. Голые, грязные стопы при каждом шаге получали новые раны, ноги от этого невероятно болели. Я потеряла счет времени и была без понятия сколько бежала.
Линдс жила довольно далеко от меня, на машине доехать быстро, а вот бежать без обуви в одной ночнушке от отца, который пытался меня изнасиловать сложно и морально, и физически. Ночная тишина и чаща леса рядом с дорогой угнетала и заставляла мое сознание бояться еще больше, а тело дрожать. Деревья в моем поле зрения постепенно заканчивались, их заменяли аккуратные и красивые дома, которые находятся в районе, где живет моя подруга. Мы с ней жили в районах абсолютно противоположенных друг другу, в моем находились полуразваленные дома алкашей и наркоманов, а в её жилища приличных семей из типичных фильмов. Полуголая, бежащая девушка с испуганным видом и кровоточащей раной на лбу явно портила вид милого комплекса. Оказавшись в месте, где я могу позвать на помощь, ноги сами стали снижать скорость и вскоре бег превратился в размеренный шаг. Я обхватила руками свое хрупкое, беззащитное тело и продолжила путь пешком, подруга жила в самом конце улицы. Яркие огни фонарей освещали каждый уголок дороги, страх и испуг сменился на замешательство и еще большую ненависть к Логану.
Раньше я считала, что в нем могла остаться хотя бы маленькая частичка здравого смысла и не спешила его ненавидеть. Я была полностью согласна со словами Линдс до этого момента, во мне его кровь и я всегда буду частью него, это меня и пугало. К самому Логану я начала питать ненависть сразу после трагедии, она росла вместе со мной. Но сейчас ненависть сменилась на безразличие, я ненавидела саму мысль о том, что могу стать такой же, как он. Раньше этого я не понимала и, как наивная дура, надеялась, что наша счастливая семья волшебным образом восстановится. Но пора начинать смотреть реальности в глаза, мама давно мертва, ее труп наверняка сожрали черви под толщей земли, а мой родной отец буквально час назад пытался запихнуть в меня свой детородный орган. От мыслей, которые самовольно появлялись в голове, становилось до ужаса противно. Каждая секунда события, которое произошло со мной, вновь и вновь прокручивалась заново, в горле стоял ком, хотелось взять и вернуться в то время, когда мне было шесть лет, а именно до ужасной аварии. Сознание не хотело принимать жестокую реальность и всячески заставляло меня сходить с ума.