— Куда? — хмуро спросил Леонтий.
— Не знаю. — Кира стащила платок с глаз и устало посмотрела в окно.
— Давайте ко мне, — слабо предложила Маша, с трудом удерживаясь от слёз.
— Ты где живёшь?
— В другом районе города.
Некоторое время Леонтий размышлял, а потом повернулся к женщинам, сидевшим обнявшись. Посмотрев на них заплывающим глазом (Кира про себя слабо застонала: всё-таки влез в драку до отметины!), мужчина сказал:
— Машу — домой. И тебя — домой.
Только было Кира хотела спросить, что значит: «И тебя — домой», как Маша назвала свой адрес, и машина тронулась с места. Доехали, несмотря на пробки, быстро. Леонтий вышел проводить Машу до квартиры, а вернувшись, удивлённо сказал:
— У неё и дочка есть.
— Есть, — эхом откликнулась Кира. Без сидящей рядом Маши ей становилось холодно, хотя в машине печка грела хорошо.
Кажется, Леонтий хотел ещё что-то сказать, но промолчал. Только велел выйти из машины и пересесть к нему. До посёлка так и доехали — Кира чуть не спала, положив голову на его плечо. Он её хотел вынуть из машины, но девушка пробормотала, что сама выйдет. Опираясь на его руку, она прошла до крыльца и начала заваливаться на гладком, подметённом полу при входе.
— Держись, — сердито говорил Леонтий. — Ну! Держись! Мы ещё с тобой счас поговорить должны. Ты как? Можешь ещё говорить-то?
Ей хотелось и смеяться: он говорит — держись, а сам её тоже держит из изо всех сил. И хотелось плакать от слабости. И злиться — только последнее не очень получалось. Сил не хватало.
Они вошли — и попали.
— Леонтий, я тебе что сказал?! — разъярённо спросил Тим, быстро шагая им навстречу. — Я тебя как человека просил, а ты… Где вы были? — ровно, потому что кое-что разглядел, спросил он. — Где вы были… — уже шёпотом выговорил он, берясь за плечи Киры и всматриваясь в её лицо.
— Всё нормально…
Вот только холодней становится — хотела добавить она жалобно. Но Леонтий встряхнул её и поднял на руки.
— Отнесу её на этаж, — мрачно сказал он. — Тётю Соню бы позвать, да ведь как бы у бабульки инфаркта не было.
— Сами, — сказал над головой Киры Тим.
Она уже не видела, как братья переглянулись, но почувствовала, как её плавно понесли. По лестнице поднимались (в то и дело ускользающей реальности понимала Кира) так: впереди Леонтий с нею на руках, сзади — Тим, который быстро говорил с кем-то по мобильному телефону. Кир слышала только обрывки разговора.
— Да. Всё, что нужно для перевязки… Инъекции? Неплохо бы восстанавливающие или что там ещё бывает при потере крови… ну да — витамины какие-нибудь, глюкозу… Нет, прямо сейчас. Встречу.
Порезанные на неровные полосы, рукава джемпера, заскорузлые от засыхающей крови, пришлось срезать полностью. Потом Тим стянул с девушки остатки джемпера. Она равнодушно проследила, как вещь упала неподалёку от кровати. Потом Леонтий принялся разматывать бинты на её руках, а Тим куда-то исчез.
— Леонтий…
— Ну?
— Прости, что втравила во всё это.
— Молчи, дурёха. Тебе говорить нельзя. Сейчас врач придёт — Тимыч побежал встречать. Врач хороший, здесь живёт. Он тебя быстро на ноги поставит.
Врач, высокий темноволосый мужчина, и в самом деле оказался хороший. Он, не спрашивая лишнего, быстро обработал лицо и руки Киры, которая сидела на кровати из последних сил. Но после нескольких уколов ей стало легче. Она лучше начала осознавать, где находится и кто рядом с нею.
— Ты меня слышишь? — спросил Тим и помахал перед её лицом ладонью.
— Слышу…
— Это Дмитрий. Врач. Наш, поселковый. То есть здесь живёт. Он человек умный. Давай рассказывай. Что у тебя происходит. Покумекаем — может, придумаем, как быть.
Он сказал это так решительно. Кира вгляделась в Дмитрия. Очень спокойный — профессионально? Успел заклеить и Леонтия — тот стоял с самой настоящей бандитской мордой, украшенной двумя крестиками из лейкопластыря.
Говорить при чужом? Она даже Тиму боится говорить — не то что…
— Кира, ты меня слышишь? Расскажи нам про эту твою спектрофобию.
— Вам придётся принять на веру некоторые вещи, — прошептала она. Её усадили, уложив под спину подушки. — У меня нет спектрофобии. Мне пришлось её придумать, чтобы никто не удивлялся, что я шарахаюсь от зеркал. Я их боюсь, но это другое.
И рассказала — по необходимости коротко.
В выпускном классе она гадала с одноклассницами на Рождество. Собрались весёлой компанией у одной из самых гостеприимных. Гадали, естественно, с зеркалами. Было много шуток, смеха и затаённого дыхания, когда казалось, что всё-таки получается что-то странное. Договорились, что потом, ближе к концу января, расскажут друг другу, что сбылось, а что — нет. Вышло так, что самый интересный результат оказался у Киры. Она увидела ситуацию, которая скоро сбылась. Ничего особенного: кто о чём мечтает, тот и получает желаемое. Она познакомилась с человеком, который был немного старше. Мельком увидела его в зеркале.