— Есть, чем резать?
— Конечно, — ответил Кондор, поднимаясь и надевая куртку. Потом протянул мне руку. — Идём?
— А ты через двери вообще умеешь? — поинтересовалась я, когда он потащил меня к зеркалу.
— Зачем? Это же скучно!
Позёр, блин.
— Подожди, — я замерла, вцепившись в его руку и всматриваясь в отражение. — Это не больно?
Кондор хлопнул себя ладонью по лбу и рассмеялся.
— Я идиот, — заявил он. — Все время забываю, что ты не привыкла. Не больно.
Он дотронулся до рамы и на пару секунд закрыл глаза. Поверхность зеркала подернулась рябью, после чего по ту сторону появилась не библиотека и мы, а тускло освещённый каменный коридор с высокими колоннами. Кое-где там лежал снег.
— Ну?
Я закрыла глаза и шагнула, судорожно вцепившись в прохладную руку мага и, кажется, чуть не поранившись об одно из колец, которые он носил на пальцах. На секунду почувствовала сопротивление пространства, словно бы прошла сквозь сильный вертикальный поток воздуха, после чего поняла, что вокруг стало заметно холоднее и открыла глаза.
— Где мы? — я обернулась. Мы вышли из зеркала, висящего на каменной стене в обрамлении портала из полуколонн. Смотрелось оно здесь, мягко говоря, странно.
— В храме, — ответил Кондор, отпуская мою руку. — Нам чуть вперёд и налево.
Я осмотрелась и пробурчала:
— И не гневается ваша Богиня за такое отношение?
Маг, идущий чуть впереди меня, держа руки в карманах, пожал плечами и промолчал. На каждый его шаг мне приходилось делать два, поэтому смотреть по сторонам возможности особенно не было, но кое-что я отмечала. Храм явно был заброшенным. На полу — снег и опавшие листья, кое-где между каменных плит пробиваются особенно смелые и настойчивые растения, сейчас, конечно, увядшие и побуревшие, почти превратившиеся в труху. Кажется, я чуть не наступила на скелет мелкой птицы, распластанный на полу. Посмотрела наверх — под узкими окнами, расположенными на приличной высоте, кое-где виднелись заброшенные гнезда. Пожалуй, на месте Богини я бы тоже прислала кого-нибудь вроде инки Мари, чисто в наказание за раздолбайство.
Я слегка подмерзала и начинала злиться. Можно было бы дать мне время сбегать за курткой. Хорошо хоть обувь на ногах была, пусть и не тёплые ботинки.
Позёр и пафосный придурок.
Кондор вдруг остановился и с удивлением на лице повернулся ко мне. Потом снял с себя куртку и набросил её мне на плечи. Извинился и заявил, что он не пафосный придурок, а рассеянный идиот.
— Ты что, мысли читаешь? — вытаращилась я.
— Нет, просто ты громко орешь их мне в спину, — ответил он, открывая одну из створок высоких арочных дверей. — Мы пришли.
Я оказалась в том самом зале, в который свалилась, убегая от монстра. Высокий потолок заканчивался стеклянным куполом, каким-то чудом уцелевшим в этой разрухе. На стенах еще различались поблекшие фрески, ближе к потолку были стрельчатые окна, украшенные витражами, изображающими каких-то персонажей, видимо, из местной мифологии. Витражей было одиннадцать — по пять с каждой стороны и еще один впереди, над возвышением, к которому вели мраморные ступени. На возвышении стояло огромное зеркало. То самое зеркало. Я вздрогнула.
— А-а…
— Чтобы оттуда что-то вылезло, — сказал маг, поднимаясь по ступеням, — нужно особенное стечение обстоятельств, очень много магии и пара кубков моей крови. Так что не бойся. И вообще, — он обернулся ко мне и немного высокомерно ухмыльнулся. — Пока я не боюсь, не бойся ничего.
— А если ты боишься? — спросила я, подходя ближе.
— О, тогда беги в ужасе и прячься под кровать, — фыркнул он, проводя рукой по старинной раме. В зеркале отражался зал и мы: высокий стройный парень в чём-то вроде недлинной черной мантии с капюшоном, надетой поверх рубашки и штанов, и я, едва достающая макушкой ему до плеча, в его куртке, которая была откровенно велика, но зато теплая, в джинсах и местной тунике. И в красных кедах. Смотрелись мы как два фрика, причем Кондор — в хорошем смысле, ибо напоминал стильного неформала. Ну а я как всегда.
Маг забрал у меня куртку, сказав, что она будет мешать, достал из ножен на поясе нож и начал инструктаж:
— В общем, это должно быть не сложно.
— Почему должно быть?
Он закатил глаза:
— Не перебивай. Режешь ладонь, прикладываешь к раме, думаешь о том, кого или что ты хочешь увидеть, — он посмотрел в моё недоумевающее лицо и вздохнул. — Да, я плохо объясняю. У тебя же есть какие-то маячки в том мире, привязанности, воспоминания — сосредоточься на них. Когда захочешь увидеть что-то другое, просто призови в мыслях этот объект, — он протянул мне нож рукояткой вперёд.