- Что было дальше?
- Уильям, я не могу больше... Мне так плохо!
- Постарайтесь, ну же...
- Исчезло все, даже свет... Берта... Моя Берта вцепилась в меня, в мою грудь когтями, и...
Мужчина старался понять, что же случилось дальше, но если и понимал, то объяснить этого не смог.
- А дальше?
- Она положила что-то в кассу, посмотрела на меня, и я не в силах был оторвать от нее глаз. И ушла.
Разумеется, следующая подсказка - в кассе. Но зачем ей надо было издеваться над бедным продавцом? Чтобы запугать меня? Посмеяться надо мной? Ее план отлично сработал.
- Откройте кассу, мистер Л.!
- Уильям, я не могу, мне так больно... Ты не представляешь...
- Скоро все будет, как раньше, вот увидите. Скорее всего, вы даже и не вспомните ничего. - Господи, что я говорю? Я же в другом мире, продавец ведь ненастоящий. Хотя разве я могу сейчас быть в чем-то уверен? - Скажите, как открыть кассу?
- Но зачем, мальчик? - недоумевал мужчина.
- Возможно, в ней подсказка. И я смогу найти подругу.
Тогда мистер Л. назвал секретный код, и касса открылась. Как я и полагал, в ней действительно была подсказка: пропуск в библиотеку, в отдел D. И ничего больше.
Чем меньше отделений оставалось на циферблате, тем призрачнее были шансы на спасение. Уверен, я бы выкрутился, нашел бы способ выпутаться из крепких сетей няни, но Майя сейчас сидит одиноко в какой-нибудь клетке над пропастью и представляет себя, свободную, как птица, как дикое животное. Правда, в жизни животных есть большой минус: убив себе подобного или любое другое существо, ты продолжишь свой путь, и про тебя забудут в одночасье. В чем же минус? В том, что любое следующее мгновение может стать последним и для тебя. Впрочем, кто знает, не начнут ли люди убивать друг друга, если упразднить полицию, тюрьмы, государство? Ведь в каждом есть животные инстинкты, которые иногда помогают выжить, но иногда ведут к непростительному деянию - к убийству. Сколько же времени нужно человеку, чтобы животное начало в нем возобладало надо всем остальным? Другими словами - как быстро можно превратиться в Сивиллу?
Я повернул за угол, на улицу Близнецов, и совсем растерялся. Дома, что два дня назад выстроились в армию букв-переростков, лежали на развороченном асфальте, словно гигантский конструктор. Снег как ни в чем не бывало мягко ложился на деревянные крыши. Ему было все равно, мирная жизнь внизу или хаос. Видимо, город опустел той же ночью. Чему здесь удивляться? Пожар в библиотеке, дома-трансформеры, «демон в юбке», как выразился продавец, свободно расхаживает по улицам и меняет реальность под себя. Я бы тоже долго в Зодиаке не задержался. Правда, бабуля вряд ли уехала. Сомневаюсь, что она вообще что-то заметила, и могу поспорить на что угодно, что она ни разу не вспомнила обо мне за все это время.
Теперь ясно, почему у Сивиллы все так хорошо получается. Город пуст, точнее, почти пуст, ведь мистер Л. почему-то здесь. Господи, я так запутался! Поскорее бы все закончилось... Меня била сильная дрожь. Я боялся, ведь самое страшное Сивилла приберегла на десерт. И оно ждет меня там, в библиотеке.
У библиотеки меня поджидал ее слуга. На лице у клоуна была маска с лицом няни, а в руках он держал огромный камень, похожий на надгробие. Надпись на нем гласила: «Уильям Торнтон».
Я почувствовал себя так, как будто лежу на операционном столе и во все глаза смотрю, как мне делают операцию на сердце. Разве можно чего-то испугаться после такого зрелища? Но ведь это только начало... Эх, а было бы здόрово зайти вовнутрь и увидеть шикарный стол, полный самых разных блюд, и Майю с Сивиллой, радостно смеющихся... Они бы предложили мне чаю, а я не взял бы, подозревая отраву, и они бы засмеялись еще громче... Но мечты мечтами, а реальность главнее.
Тем временем клоун превратил в пыль изваяние и предложил войти в массивные двери. Холл оказался пустым, все привычное исчезло - гардероб, стол информации, уголок охранника и вход в маленький буфет, который раньше располагался в подвале. Сивилла создала стул, рельсы посреди холла, в стенах образовались окна (пока я не видел, что за ними, но скоро я пожалею о своем любопытстве), свет в коридоре приглушенный, будто в ожидании фильма.
Сивилла заговорила. В ее голосе звучали угрожающие ноты, они отдавались эхом, как будто говорило несколько человек хором.
- Добро пожаловать, Уильям, мальчик мой, - лицо на маске клоуна зашевелилось, рот открывался, следуя голосу эха. - Представляю твоему вниманию «Дом семи грехов человеческих». Здесь ты увидишь, как грех отравляет душу, как он разрушает любовь в людях. Садись, пожалуйста, на стул. Устраивайся поудобнее, дорогой, и прими мой дар.