— Возможно, ты права. Но, мне кажется, ответ должен быть более конкретным. Башня вряд ли будет задавать вопросы, на которые можно ответить по-разному.
Они замолчали, каждый погрузившись в свои мысли. Эля ходила вокруг алтаря, разглядывая символы с разных сторон. Леонид стоял неподвижно, но она видела, что он тоже напряжённо думает — по тому, как он смотрел в одну точку не мигая. Внезапно зеркало в руках Эли вспыхнуло ярче, почти ослепительно. Она вздрогнула от неожиданности, и перед её глазами возник образ — чёткий, как настоящая картина. Две реки, текущие в противоположных направлениях, разделённые скалами и расстоянием. Но в конце своего пути они сливались в одну — широкую, мощную, единую.
— Время, — прошептала Эля, и в этот момент она почувствовала, что это правильный ответ. Просто знала — всем нутром. — Время объединяет то, что разъединяет.
Леонид повернулся к ней, в его глазах сверкнуло понимание.
— Да, точно! Время разделяет моменты, события, людей — всё происходит в разные мгновения. Но оно же объединяет всё это в одну историю, в единое целое. Прошлое, настоящее, будущее — всё это части одного потока.
Они переглянулись и одновременно, как по команде, произнесли ответ вслух:
— Время.
В тот же миг символы в воздухе замерли, а потом начали один за другим записываться в книгу. Они буквально впечатывались в пустые страницы, оставляя светящиеся следы. Когда последний символ занял своё место на последней странице, фолиант сам собой закрылся с глухим звуком. Пол под их ногами задрожал — сначала слабо, потом сильнее. Эля инстинктивно схватилась за край алтаря, чтобы не потерять равновесие. Алтарь начал медленно опускаться, уходя в пол, и под ним открылся проход — тёмный, ведущий куда-то вглубь.
— Похоже, мы нашли дорогу дальше, — сказала Эля, осторожно заглядывая в открывшийся проход.
Оттуда тянуло холодом и чем-то ещё — каким-то древним, затхлым запахом. Леонид кивнул, его лицо стало серьёзным.
— Только вот не знаю, что нас там ждёт. Будь готова ко всему, ладно? К чему угодно.
— Когда я была не готова? — Эля попыталась улыбнуться, но получилось немного натянуто.
Они начали спускаться по каменным ступеням, которые вели в ещё более глубокую часть башни. Ступени были неровными, местами скользкими от какой-то влаги. Приходилось идти осторожно, держась за стену. Здесь воздух был заметно холоднее — Эля даже поёжилась, пожалев, что не взяла что-нибудь потеплее. А свет практически исчез, остались только слабые отблески от их зеркал, которые давали едва достаточно света, чтобы видеть, куда ставишь ногу. Ступени закончились, и перед ними открылся длинный коридор, уходящий в темноту. Настолько длинный, что конца не было видно — просто чернота впереди.
— Что ты чувствуешь? — спросила Эля, и даже сама заметила, что её голос звучит напряжённо, немного глуше обычного.
— Что-то... странное, — ответил Леонид, и она услышала в его голосе неуверенность, что случалось редко. — Трудно объяснить. Как будто само время здесь работает не так. Искажено как-то.
Эля кивнула, хотя в темноте он этого, наверное, не видел. Она тоже чувствовала что-то неправильное. Будто секунды текли то быстрее, то медленнее. Дезориентирующее ощущение. Они двинулись вперёд, стараясь идти рядом. Каждый их шаг отзывался эхом, которое странно разносилось по коридору — звук как будто множился, повторялся, накладывался сам на себя. Жутковато.
Через какое-то время — Эля не могла сказать, сколько прошло, минут пять или все пятнадцать — они достигли ещё одной комнаты. Она была совершенно пустой. Голые каменные стены, никаких украшений, никаких символов. Только в самом центре стоял маленький кристалл, размером примерно с кулак. Он светился мягким золотистым светом, который казался почти тёплым в этой холодной пустоте.
— Это что, часть осколка? — спросила Эля, медленно подходя ближе.
Что-то внутри подсказывало ей быть осторожной. Леонид шёл рядом, не отставая ни на шаг.
— Да, похоже на то. Но что-то здесь не так. Слишком просто. Слишком... открыто.
Эля протянула руку к кристаллу, её пальцы были уже в нескольких сантиметрах от его поверхности. И в этот момент воздух вокруг них задрожал — так, что даже в глазах потемнело на секунду. Из теней по углам комнаты начали появляться новые фигуры. Они выползали, вытекали из темноты — медленно, угрожающе.
Это были не духи-хранители, совершенно точно. Что-то более тёмное, более плотное. Более опасное. От них исходило ощущение настоящей угрозы, которое заставило Элю инстинктивно отступить на шаг назад, прижимаясь спиной к Леониду.