— Мосты между мирами, — выдохнула Эля.
— Ключи, — поправил он. — Ключи, которые откроют врата. Которые заново соединят то, что было разделено.
Эля обернулась и посмотрела на него. На его бледное лицо, на боль, которая ещё сидела в уголках его рта.
— Это первый тест, — сказала она. Не вопрос, а констатация факта. Башня показала им правду, показала им, что они должны делать. И теперь она ждала, когда они выберут: отступить или продолжать.
Леонид кивнул медленно.
— Первый из многих, — согласился он.
Когда они повернулись, чтобы двигаться дальше, зал вокруг них начал меняться. Барельефы потускнели, вернулись в полумрак. Впереди показался новый проход — более узкий, более чёрный, уходящий вниз, вглубь башни.
Эля взяла Леонида за руку.
И они пошли дальше.
***
Проход. Очередной. Воздух в нём был настолько плотным, что Эля чувствовала, как он царапает её горло с каждым вдохом. Не холодный, не горячий — просто неправильный. Как будто это был воздух из другого мира, воздух, который её лёгкие не были приспособлены вдыхать.
Каждый их шаг отзывался эхом. Один шаг — звук шага. Но потом звук повторялся. И повторялся ещё раз. Словно кто-то или что-то шёл позади них, синхронно, отражая каждое их движение. Эля не один раз оборачивалась, чтобы посмотреть, но позади была только тьма.
«Это иллюзия», — говорила она себе. Но голос внутри неё, тот, который принадлежал ментальному червю, шептал совсем другое. Он говорил, что это не иллюзия. Что это настоящие существа, которые их преследуют, которые ждут, когда они упадут.
Эля сосредоточилась. Засунула этот голос поглубже.
Тьма вокруг них была не просто физической. Она была живой. Она смотрела на них, оценивала, взвешивала их на весах справедливости или чего-то подобного. И решала, живы ли они, стоят ли ещё её внимания.
— Свет слабеет, — заметила Эля.
Кристалл в руках Леонида едва светил теперь. Радиус освещённого пространства сжался до трёх-четырёх метров. За его границей был только мрак.
Леонид поднял кристалл выше, пытаясь выжать из него больше света. Но камень был истощён. Эля видела это — его поверхность потускнела, потеряла прозрачность.
— Скоро совсем не будет света, — сказала она.
— Тогда нам нужно быть осторожнее, чем когда-либо, — ответил Леонид. — Башня проверяет нас. Каждый шаг, каждое дыхание.
Они двигались медленнее теперь, не потому что боялись, а потому что должны были видеть. Видеть каждый сантиметр пола перед собой. Видеть каждую стену, каждый угол.
Пол начал меняться после пятидесяти шагов. Сначала это были едва заметные неровности. Потом Эля заметила, что плиты, из которых состоял пол, начали становиться выше. Не много — буквально на несколько миллиметров. Но это было намеренно. Это было спроектировано.
Между плитами появились линии. Не просто щели, но чёткие, ровные линии, будто пол был головоломкой, которая ждала, когда её решат.
— Это ловушка, — сказала Эля, хватая Леонида за запястье и потянув его назад.
Его нога уже была внутри одного из квадратов, образованных этими линиями. Он в последнюю секунду шагнул назад, остановившись на безопасном месте.
— Что ты видишь? — спросил он.
Эля присела, глядя на пол как охотник, изучающий следы добычи. Линии между плитами были не просто швами. Это были щели, достаточно широкие, чтобы...
Чтобы что? Чтобы что-то прошло? Чтобы воздух прошёл? Чтобы что-то поднялось?
Эля достала свой магический компас. Тонкий, красивый предмет. Но когда она открыла его, стрелка начала вращаться без остановки, как колесо, которое потеряло ось.
— Магнетизм башни нарушен, — сказал Лео. — Или скорее, он неправилен. Компас не может определить направление.
Эля вынула из рюкзака маленькую металлическую иглу. Это был один из её целительских инструментов — острая, тонкая, идеальная для деликатной работы. Она осторожно воткнула иглу в щель между двумя плитами и нажала.
Щелчок.
Очень тихий щелчок, но в тишине коридора он прозвучал как пушечный выстрел.
Плита перед ними исчезла. Просто провалилась вниз, открывая отверстие, из которого поднялся воздух. Холодный воздух, который пахнул чем-то древним, чем-то, что долго было запечатано.
И из этого отверстия поднялся звук. Не голос, но что-то близкое. Что-то, что вибрировало через плоть, прямо в мозг.
— Если бы я наступил туда, — сказал Леонид медленно, — я упал бы в эту яму.
— И никогда бы не вышел, — закончила Эля.
Обогнув громадное отверстие, они продолжили движение, но теперь с новым пониманием и осторожностью. Каждая плита была потенциальной смертью. Каждый шаг требовал проверки. Эля использовала иглу как щуп, проверяя каждый квадрат пола перед тем, как дать Леониду знак продолжать.