Эля кивнула. В её глазах вспыхнул тот огонь, что всегда загорался, когда она принимала окончательное решение.
— Тогда давай не будем терять времени, — сказала она с улыбкой, в которой читалась решимость. — У нас есть цель. И мы её достигнем. Несмотря ни на что.
Они продолжили путь. Тропа вела их всё выше, местность становилась холмистой. Воздух становился чище и холоднее. Первые отроги гор были уже совсем близко — каменные гряды, поросшие мхом и низким кустарником. Где-то там, у их подножия, их ждала точка перехода. Портал в другое измерение.
Эля шла легко, почти невесомо, несмотря на тяжесть рюкзака. Леонид держался рядом, их шаги синхронизировались сами собой. Они были командой. Больше, чем командой — они были единым целым, разделённым на две части, но работающим как один организм.
Солнце клонилось к зениту, когда они наконец увидели первые признаки того, что тропа выведет их к цели. Каменный указатель, полустёртый временем, с едва различимой надписью на древнем языке. Леонид остановился, провёл пальцами по выбитым символам.
— Здесь написано: «Путь к Порогу Времени. Входи с чистым сердцем или не входи вовсе», — перевёл он.
Эля фыркнула.
— Чистое сердце? После всего, что мы сделали? Сомнительно.
— Может, речь о намерениях, — предположил Леонид. — Не о прошлом, а о том, зачем мы идём.
— Тогда у нас есть шанс, — ответила Эля. — Мы идём не за властью. Не за славой. Мы идём, чтобы...
Она замолчала.
— Чтобы сделать то, что должно быть сделано, — закончил Леонид за неё.
Эля кивнула.
— Именно.
Они двинулись дальше, оставив указатель позади. Тропа становилась круче, каменистее. Дышать стало чуть труднее — высота давала о себе знать. Но они не замедлялись. Каждый шаг был шагом к цели.
К закату, как и предсказывал Леонид, они достигли подножия гор. Перед ними, в небольшой расщелине между двумя каменными утёсами, воздух дрожал и мерцал, словно летний зной над раскалённой землёй. Только здесь не было жары — наоборот, от этого места веяло холодом, древним и пугающим.
— Точка перехода, — прошептал Леонид, доставая зеркала.
Они засветились ярче, откликаясь на близость портала. Воздух вокруг них начал вибрировать, наполняясь едва слышимым гулом.
Эля остановилась перед мерцающим пространством, глядя в него. Сквозь дрожащую завесу можно было различить смутные очертания — другой мир, другое измерение. Где-то там, в глубине, маячила тень высокой башни.
— Готов? — спросила Эля тихо.
— Нет, — честно ответил Леонид. — Но это не важно. Мы всё равно пойдём.
Эля улыбнулась — той улыбкой, что говорила «да, именно так».
Они крепче сжали руки друг друга. Зеркала пульсировали в такт их сердцебиению. Леонид поднял одно из них, направил на мерцающую завесу. Эля повторила его действие своим зеркалом. Свет усилился, портал расширился, открывая проход.
Они вместе сделали шаг вперёд. Мир вокруг размылся, закружился в вихре красок и звуков. На мгновение показалось, что они падают в бездну. Потом всё стихло.
Когда зрение прояснилось, они стояли в другом месте. Небо здесь было иным — тёмно-фиолетовым, без солнца, но с каким-то рассеянным свечением. Земля под ногами была твёрдой, каменистой, покрытой странным серебристым мхом. А впереди, возвышаясь над всем остальным, стояла она — башня Хронос.
Высокая, тёмная, величественная и пугающая одновременно. Её вершина с едва различимой вершиной, окутанной ярким сиянием, терялась в фиолетовом небе, а у основания клубился туман.
***
Эля зажмурилась, открыла глаза. Мир вокруг был тем же, каким она его помнила, и не тем одновременно. Воздух стал ещё плотнее, почти вязким, словно они шли не сквозь пространство, а сквозь густую жидкость. Дышать было можно, но каждый вдох требовал усилия. Звуки исчезли — не стихли, а именно исчезли, будто кто-то накрыл их плотным колпаком. Остался лишь тихий, едва слышимый гул, который казался одновременно далёким и близким, звучащим откуда-то изнутри черепа.
— Чувствуешь это? — прошептала Эля, оборачиваясь к Леониду.
Он кивнул, сжимая зеркала в руках. Они продолжали пульсировать, но теперь их свет стал ярче, интенсивнее.
— Само пространство изменилось, — ответил он тихо. — Будто оно... ждёт чего-то.
Эля сделала шаг вперёд. Сапоги скользнули по серебристому мху, покрывающему землю — он был влажным, холодным, светился тусклым фосфоресцирующим светом. Под ногами хрустнуло что-то, и она замерла. Посмотрела вниз — кости. Мелкие, звериные, наполовину утонувшие во мху. Старые, выбеленные временем.
— Старое, доброе, знакомое… не очень приятное место, — пробормотала она.
Леонид подошёл ближе, тоже заметил кости. Ничего не сказал, только нахмурился.