Часов в десять по местному времени мы разошлись по номерам. Машина за нами придёт в девять утра. Нужно было отдохнуть и морально подготовиться к клинике. Даже я не знала, что нас ждало. Да, я безмерно доверялась Штульману и Катцу. Я видела, какие чудеса они творили, но я все же была человеком и ожидание законов Мёрфи в действии предательски выползало наружу в самый неподходящий момент.
Мы приняли душ и легли в кровать.
— Прости меня, — нарушил он ночную тишину.
— Простить? За что?
— Я не хочу сегодня секса. Не обижайся. Я очень волнуюсь.
— Я все понимаю. Обнимешь меня?
— Конечно!
— Я так тебя люблю… похоже я повторяюсь.
— Повторяйся. Пожалуйста, повторяйся как можно дольше! — прошептал он, целуя меня в макушку.
— Я люблю, люблю, люблю, люблю тебя, — всхлипывала я, уткнувшись в его грудь.
— Ты плачешь, — он пытался в темноте рассмотреть мои слёзы.
— Нет… если только чуть-чуть… это нервы…
— Понимаю. Давай я тебя обниму ещё крепче. И эти объятия станут нашей охранной грамотой — пока мы вместе с нами ничего не случится. Ничего плохого.
— Давай, — я жалась к нему, понимая, что мы выходим на финишную прямую в наших отношениях, в моем задании. Да и неожиданная догадка о возможной беременности замаячила где-то на периферии зрения. Это было волнующе, но предельно опасно. Я решила, что как раз у Катца и обследуюсь. За компанию…
Беременность для слайдера это опасность, а уж беременность не в своём времени… я, во всяком случае, не слышала о таком… хотя, если подумать, я много о чем не слышала. После выполнения задания обязательно нужно будет это обсудить с Виктором. И, судя по всему, это разговор будет не из приятных. Но это все будет потом. Позже. Самое важное сейчас операция и реабилитация…
Мой мужчина (инстинктивно ли?) положил мне руку на живот.
— Знаешь о чем я мечтаю?
— О чем же? — мне поплохело.
— Очень хочу, чтобы ты родила мне сына…
— А если будет дочь?
— Тоже прекрасно! — эмпатия? Интуиция?
— А почему ты вдруг заговорил о детях?
— Просто мы уже полтора месяца вместе. И не предохраняемся. Это логичное же развитие событий, — о, да! Только я то почему об этом не подумала?! — Представляешь, дочь — такая же красивая как и ты…
— И обязательно такая же гениальная, как ты! А сын — полная твоя копия…
— Ты ничего такого не чувствуешь? Может быть уже?
— Нет, — честно соврала я.
— Жаль. Но мы будем над этим работать.
Он заснул. А мне не спалось. Предел мечтаний-любимый муж, дети, дом, семья… но это было невозможно… дубль может функционировать не более года. Потом он умирает… и все. Я остаюсь тут. Без возможности прыгать…
Да и моя миссия подразумевала ещё, как минимум, три прыжка… если все пройдёт так, как нужно…
Я уже говорила, что ВиктОр был стратегом? Операция была лишь первой частью его плана. А дальше… дальше будет видно. Смогу ли я? Простит ли он? Или затаит обиду? Однако беременность не входила в мои планы. Во всяком случае не сейчас. Не в этот прыжок… Нужно было что-то решать. Но это уже по возвращении в Москву.
Тягостные мысли от скорой и неизбежной разлуки накладывались и сплетались в клубок с тревогами. Я заснула лишь под утро.
Утром, сразу после завтрака, за нами пришла машина. Ехать нам предстояло чуть меньше чем 200 км. Я была несказанно рада тому, что дорога будет долгой-была надежда подремать. Бессонная ночь не прошла бесследно-невозможно хотелось спать. Мой мужчина держал меня за руку: то ли для того, чтобы показать свою сопричастность, то ли для того, чтобы самому успокоиться. Это было невозможно и необъяснимо — вместе мы становились единым целым. Дышали в унисон. Удары сердец дублировали друг друга. Мы думали одни мысли. Мы молчали на одном языке…
— Хочешь я расскажу тебе сказку? — едва слышно спросил он.
— Хочу! Страшную?
— Поучительную… случайно прочёл вчера в журнале.
— Ты читаешь на иврите?
— Нет, что ты. Журнал был англоязычным и старым.
— И сказка будет такой же?
— Конечно! Будешь слушать?
— Да. Прости! Я вся внимания!
— Когда-то, очень давно, на земле жили необычные люди…
«Когда-то очень давно на земле жили необыкновенные люди. У них было четыре руки, четыре ноги, две головы. Они были прекрасны! Это были мужчина и женщина слитые воедино. Во всей Вселенной не было существа прекраснее и сильнее. Они могли без устали ходить, работать, охотиться, охранять свой дом. Когда одна половинка уставала, то вторая всегда приходила на помощь. Но самое главное — это существо было абсолютно гармоничным и независимым. В нём одновременно присутствовало и мужское и женское начало, поэтому ему никто был не нужен. Они самостоятельно продолжали свой род. Это были необыкновенные люди.
Боги с небес с завистью наблюдали за ними. Они понимали, что нет никого сильнее этих счастливых людей.
И Зевс, верховный олимпийский бог, сказал тогда:”Я знаю как поступить, чтобы эти смертные потеряли свою силу!»
И ударом молнии рассёк это существо надвое, создав мужчину и женщину.
Таким образом, народонаселение земли сильно увеличилось, но при этом ослабело и растерялось — отныне каждый должен был разыскивать свою потерянную половину и, соединяясь с ней, возвращать себе прежнюю силу и способность избегать измены, и свойство работать долго и шагать без устали.
Много времени прошло с тех пор. Так и ходят по земле одинокие мужчины и женщины и каждый пытается найти свою половинку. Некоторым это удаётся. Они снова сливаются воедино и обретают былую силу, гармонию и счастье. И это называется Любовью…»
Я знала эту притчу. Я была знакома с трудами Платона и Бердяева…
— Как красиво!
— Я бы сказал — страшно…
— Почему?
— Мне кажется, что я нашёл свою половинку. И мне удивительно — насколько я был слаб до знакомства с тобой.
— А почему страшно?
— Я боюсь этой нездоровой зависимости. Я дышать без тебя не могу…
«А придётся…»
— Я чувствую тоже самое и считаю, что это — прекрасно!
— Ты правда не оставишь меня, если что-то пойдёт не так?
— Нет! Я буду за твоей спиной подавать тебе патроны. Но все пройдёт хорошо. Я в этом уверена! И уже осенью ты вернёшься к постановкам и новым картинам!
— Мне впервые в жизни все равно. Главное, чтобы я каждый вечер возвращался к тебе…
Это было невыносимо. Невыносимо знать, что нашим встречам разлуки, увы, суждены… невыносимо обманывать его. Нет, не в чувствах, а в клятвах быть с ним всю жизнь. Да, я знала на что шла, но и представить себе не могла, что будет так сложно. Больно. Невыносимо. Как будто тебя режут по живому… Честно говоря я и не думала о финале. Меня, изначально, занимали лишь мысли о том, как я с ним познакомлюсь (познакомлюсь ли?), как я буду себя вести, как произведу первое впечатление. Но все развивалось по другому сценарию, к которому, признаться, я была не готова. Да, я мечтала об этом, но не думала, что мечта, вдруг, станет явью. приумножившись…