Адмирал ещё долго ворочался в кровати сопоставляя полученную информацию с тем, что он учил сам из курса Академии. Но старость брала своё — он заснул, так и не проделав анализ данных до конца.
… Почти все убитые были эльдорианами. Подпаленные бластерными лучами стены явственно указывали на перестрелку, произошедшую в переулке. Первая мысль была — вызвать полицию, но уже потянувшись к комлинку, Анна вспомнила, что полиция в места обитания укров предпочитает не соваться.
Интересно, что они не поделили?
Но додумать мысль не получилось. Откуда-то появились двое, одетые в тёмные комбинезоны и высокие космоботы — Анна успела заметить, что так одевается большинство местных мужчин. Головы их были выбриты почти полностью, только на темени оставлен клок волос. Причёска тоже характерная для большинства обитателей Илоновки.
— Эй, ходи сюды! — окликнул Анну один из них.
— Вы мне? — спросила она на общегалактическом.
— Ты хто така? — продолжал тот.
— Я… мне… я, кажется заблудилась.
Они подошли ближе. Тот, что разговаривал с Анной был примерно её ровесником, плотный, коренастый, с длинными висячими усами и прозрачно-водянистыми глазами. Второй помоложе, худощавый, невысокого роста с круглыми, как у рыбы глазами и приоткрытым ртом, что придавало его лицу глуповатое выражение.
— Слава Украине! — сказал молодой, обращаясь, видимо, к Анне. Та не ответила, потому что не знала, что нужно отвечать.
— Та она с Земли. — сказал старший, — Та мабуть, москалька. Ты хто? — снова повторил он свой вопрос.
— Москалька. — сказал молодой, глуповато ухмыляясь.
— А что тут произошло? — спросила Анна. Она продолжала говорить на общегалактическом, — Кто это их?
— Це не твое дило. — ответил старший и Анна поняла, что тот знает общегалактический, но упорно продолжает говорить на мове, видимо, из принципа.
— Вообще-то я кафе искала. — ляпнула Анна первое, что пришло в голову, — Я есть хочу.
— Тю! — ответил старший, — Чуешь, Дмитро, вона исты хоче!
И оба заржали, будто Анна сказала что-то смешное.
— Иди усе прямки. — сказал старший отсмеявшись, — Там богато едален та кавныц.
Анна поблагодарила и поспешила ретироваться.
Однако, — размышляла она, шагая в указанном направлении, — нравы здесь. Что же эльдориане с местными не поделили? Похоже на обычные бандитские разборки. Так что надо здесь ухо востро держать.
Пройдя немного вперёд Анна достала зеркальце и незаметно просканировала пространство за спиной. Её недавние собеседники деловито обшаривали трупы. Полиции поблизости не наблюдалось. Свернуть куда-то незаметно не получалось по той простой причине, что дом, мимо которого Анна шла, тянулся длинной «кишкой» ещё на пару кварталов. Анна огляделась. Улицу образовывали два таких бесконечно-длинных дома, стены которых густо покрывали «наскальные росписи» возглашавшие бесконечную «славу» каким-то героям и «нации». Там ещё много чего было, Анна не стала читать, а просто двинулась вперёд.
Укры, если верить Урсу, чужаков не жалуют. Но вряд ли стали бы убивать их просто за то, что эльдориане зашли в их квартал. Похоже, что, всё-таки, криминальные разборки. Интересно, однако, местные реагируют. Как будто у них тут каждый день перестрелки происходят. Наконец Анна увидела открытый дверной проём в стене и, недолго думая, юркнула туда.
Подъём. Зарядка. Завтрак. Всё как обычно, всё как и много-много лет подряд. Привычка. «Привычка — вторая натура» — так говорили в древности. Наверное это так и есть. Почти вся жизнь состоит из привычек. Иногда вредных, иногда полезных, иногда непонятных. Адмирал привычно собирался налить себе чаю и стукнул ногтем по чашке. Чашечка привычно и как-то по-домашнему отозвалась мелодичным звоном. Куда отнести вот эту привычку он не знал. Но она была.