А я тогда оказалась на одной из наших тренировочных баз, как раз на болотах. И вот сижу я в болоте, одна-одинёшенька, сыро, снизу мокро, сверху мокро, потому как дожди и осень уже, маскировка на мне болтается, рюкзак тяжёлый… И что-то так мне тоскливо вдруг стало, прямо хоть волком вой. Дом вдруг вспомнила, где я уже фиг знает сколько времени не была. И вдруг слышу — плеск рядом со мной какой-то, потом ещё. Поворачиваюсь — а передо мной целая компания этих чуможабов сидит. А я их никогда живьём не видела. Страха не было, скорее любопытство. Потом выяснилось, что они услышали мои грустные мысли и просто меня пожалеть пришли. Гладили меня своими маленькими ручками, какие-то мысли приятные пытались внушить. Кожа у них, кстати, хоть и мокрая, но вовсе не противная наощупь. Как наша, человеческая. И мысли ихние я слышала.
— А ты у нас ещё и телепат. — сказал Джинн и Анка поняла по его голосу, что тот улыбается.
— Я стала слышать мысли после того, как в этом подземелье побывала. Мы же тогда, помнишь, — она повернулась к Марту, — пытались перебраться через эти сопли электрические, а потом я провалилась.
— Да. Я тогда не досчитался ещё двоих своих ребят.
— А меня вытащил Мавромати. Правда, я была без сознания. Подземелье изменило мою сущность. Я не сразу это поняла.
— И что с тобой там произошло? Помнишь что-нибудь? —хором спросили Март с Джинном.
Анка покачала головой.
Так получилось, что Анку мы тогда потеряли. Внимательно осмотрев помещение, в котором мы все оказались, я увидел вдоль стены справа неширокий выступ, как раз, чтобы одному человеку пройти. Другого пути, кроме как там, у нас не было. Я отправил вперёд Мин Орма и Биг Мака, сам пошёл следом, крепко держа девчонку за руку. Она оказалась молодцом — не ревела и не истерила, хотя было видно, что здорово напугана. Замыкал нашу колонну Раз Драй. Вечно этот парень ухитрялся влетать во всякие истории. Вот и на этот раз он ухитрился споткнуться обо что-то, или поскользнулся и, пытаясь удержать равновесие, схватился за нас с Анкой. Но всё равно не удержался и свалился в эти самые «электросопли». И нас за собой потащил. Вытащить мы его вытащили, причём, оказалось, что эта дрянь к одежде и коже не пристаёт, но током его шибануло здорово. Вернее — насмерть. Нас тоже здорово тряхнуло, я даже сознание на какое-то время потерял. Тащить тело с собой у нас возможности не было, так что мы его там и оставили. К тому же выяснилось, что девчонка тоже ногой провалилась в эту непонятную субстанцию и нога у неё теперь онемела и идти она не может. Так что взвалил я её на закорки и двинулись мы дальше. Только шли мы не долго. Карниз, или что там ещё, скоро закончился, а за ним оказался довольно крутой спуск вниз. Причём довольно скользкий.
… «Деревня, где скучал Евгений, была прелестный уголок…». То есть, тьфу! — «дача», где коротал дни своей старости Адмирал, была, на самом деле, огромной орбитальной станцией, вращавшейся на орбите необитаемой планеты в одной из звёздных систем, ближайших к Солнечной. Обитатели станции были, в большинстве своём одинокими пенсионерами, по каким-то причинам не захотевшие, или не сумевшие вернуться на Землю, или другие планеты Содружества. Кроме них на станции жил ещё обслуживающий персонал: техники, инженеры, врачи, но с ними Адмирал почти не пересекался. Он вообще старался лишний раз не выходить из своего жилища.
Но сегодня Адмиралу предстоял «выход в свет». Дата каждого такого выхода была заранее определена и ожидалась с предвкушением маленького изменения в рутине будней. Ведя довольно замкнутый образ жизни, ему изредка все же приходилось наведываться в медицинский комплекс. Конечно можно было вызвать необходимого специалиста и к себе, на «дачу», но бывшему офицеру было приятно иногда выйти из четырёх стен и пройтись своими ногами хоть куда-нибудь. Даже если это был всего лишь один из уровней станции. Маленькое, но развлечение. Тем более, что общение с коллегами-«пенсионерами», да ещё и гражданскими, абсолютно не приносило никакой радости. Эти вечные разговоры о собственных болячках и о том, что когда-то они были "ого-го' его откровенно бесили.
Пообщавшись с Прапором и предупредив его о своей отлучке, Адмирал стал готовиться к выходу. Он не стал надевать парадную форму со всеми регалиями, так как китель весит немало, ограничился простым комбинезоном. Не спеша расчесал редкий ёжик седых волос. Взял трость, обычно висевшую на вешалке у дверей.