Самуил Яковлевич сидел в кресле напротив и медленно потягивал ароматный напиток. Он ждал ответа. Ждал и понимал, что расскажет все старому Адмиралу при любом его ответе. Ведь их связывали узы боевой дружбы. Для каждого из этих старых бывших вояк дружба — не пустой звук.
— Лэхаим. — произнёс тем временем Рентген и немедленно выпил. Малинин последовал его примеру.
— Ну так что? — повернулся он к Рентгену.
— Что тебя интересует, малохольный? — спросил врач, протирая очки тряпочкой.
— Всё. С самого начала. И, кстати. Имя Альта Джеир тебе не знакомо, случаем?
— Джеир? — Рентген ненадолго задумался, продолжая протирать очки, — Нет. Не припоминаю. А кто это?
— Да так. Одна особа. Есть предположение, что она тоже там замешана была.
— Тогда из лабиринта мы троих вывели: девчонку, мужика одного и счастьевца какого-то…
— А ты не путаешь — их четверо было. — возразил Малинин, — Девчонка, мужик, ещё какая-то баба, вроде как тоже из той экспедиции и счастьевец.
Рентген задумался.
— Может и четверо. — согласился он после некоторых раздумий, — А что с ними?
— Да просто мелькнула мысль, что эта баба — и была та самая Альта, чтоб её!
— А кто она такая?
— Сложно сказать. Но как-то связана была с Конторой. И вся эта петрушка была из-за неё.
— Fiat justitia, et pereat mundus. — пробормотал Адмирал после довольно долгого молчания.
— Что что? — явно не понял медик, хотя ему по долгу службы знать латынь было необходимо.
— Пусть погибнет мир, но восторжествует правосудие! Это очень древнее изречение. Ответить на твой вопрос я могу только так. Одно могу обещать. Своих источников информации я никому и никогда не открывал. Ты меня знаешь. — тихо но уверенно произнёс Малинин и посмотрел в глаза Самуила Яковлевича. Тот вздохнул и начал рассказывать.
Операция на планете Зэду была следствием многолетнего противостояния контрразведки Земли и нескольких спецслужб человеческих и не только планетарных союзов. Флот Счастья Человечества в блокаде Зэду был лишь разменной монетой, хотя и Блок тоже проявлял к планетке интерес и большой. По тех крохам информации, что оказались в руках медика, основную тайную борьбу против нас вели кто-то из старых рас, которые постепенно теряли жизненное пространство под напором довольно агрессивной экспансии людей. А такое никто никому никогда не простит — это залог выживания любых разумных, да и не только разумных, организмов как вида вообще. Конкуренция идёт жесткая и бескомпромиссная с самого первого столкновения. Да, внешне у нас мир и процветание, даже поделены сферы влияния. Но это абсолютно ничего не значит, если дело дойдёт до малейшего конфликта. Стоит не поделить какую-либо маленькую планетку, пригодную для колонизации, расположенную в удобном секторе — война полыхнёт до полного истребления друг друга. Просто потому, что уступить не сможет ни одна цивилизация — это залог выживания.
Потому по всем галактикам и люди и другие ксенорасы ищут то, что может принести победу в будущем противостоянии. Супербомбу. Или Супероружие. Или СуперТехнологию. Или СуперБиооружие. Чтобы нанести максимальных ущерб. Всё как всегда. Даже земная история начиная с каменных топоров идёт по подобным сценариям. Выживание — это двигатель эволюции.
Медик, уже после того, как перешёл в отдел ксеноугроз и занялся исследованиями того монстра, который находился в малоприметном холме на поверхности заштатной планеты, начал понимать всю эту подоплёку и то не сразу.
Операцию проводил Особый Отдел. Кто конкретно отдавал приказы -конечно, рядовые знать не могли. Только высшее командование. А значит за всей подноготной особистских игр придётся идти к Комбригу. Так Самуил Яковлевич и посоветовал Малинину. Правда перед этим поделился своими знаниями — кто такой биокомпьютер на Зэду и что он может. А может он очень и очень многое именно как биооружие. И даже с большой буквы — как СуперБиооружие. Одна проблема — очень сложно договориться с этим монстром. До сих пор это далось лишь частично.
— А что — таки удалось? — сразу вскинулся Малинин.
— Что удалось? Договориться? — уточнил Рентген, — А вот это не точно. Но что-то такое я слышал. Твой подчинённый, вроде бы, смог оттуда вырваться. Вот и порасспрашивай его.
— Ну, спасибо тебе на добром слове. — поднялся Малинин, — Извини, если что не так, или обидел чем. Пойду я.
— И тебе не хворать. — с явным облегчением ответил Рентген.
Малинин вышел из кабинета и зашагал по коридору к лифтовому холлу.
Значит — будем дожимать Джинна. — подумал он, размеренно постукивая тросточкой по металлическому полу.