– А зовут?.. – попытался сглотнуть я вмиг пересохшим горлом.
– Тренера? Татьяна Анатольевна.
– Ну зачем? Ты ведь поняла… Тарасову из юротдела.
– Не были представлены друг другу, – развела Ольга руками. – Какая жалость, прикинь? И будет еще жальче, если до пяти не сделаешь того, что я показала. Скажу Ю-ю, что ты тупой и не подходишь.
Я принялся за работу. Но первым делом – айтишное у нас управление, или где? – я открыл базу сотрудников, нашел список юротдела и, чувствуя, как зависло на пару мгновений сердце, отыскал Тарасову. Их было две – пятидесятилетняя специалист второй категории и двадцативосьмилетняя начальница бюро. «Двадцать восемь! – мелькнуло радостной молнией. – Разница всего десять лет, а не пятнадцать!» Тарасова Елена Николаевна. Лена. Леночка! Ленусик!..
Я поморщился. Все эти ласкательные «усики-пусики» мне ужасно не нравились. Реально от них коробило. Ленчик – еще куда ни шло. Но лучше просто Лена. Как река. Глубока и широка. Тьфу ты!.. Я снова поморщился.
– Зуб болит? – сочувственно спросила Ольга. – Выбить?
– Лучше выпить, – вновь попытался сострить я. Вроде получилось, настроение-то улучшилось.
– Кстати, да, – серьезным тоном сказала моя наставница. – Поляну когда накрывать будешь? Я ликерчик люблю. И пиво. Нефильтрованное, живое.
Вечером ко мне приходила Ирина. Пыталась прийти, я не открыл. Крикнул, что плохо себя чувствую, уже лег. Она поскреблась возле двери и ушла. Своим ключом не воспользовалась, что меня откровенно порадовало. Не хватало еще, чтобы она почувствовала себя полной хозяйкой. Пусть остается Верховной Жрицей, но «жрет» кого-нибудь другого, с меня хватит. Звонить она тоже не стала. Поверила, что мне нездоровится? Вряд ли. Скорее, обиделась. Ну и пусть. А я и правда, побродив по квартире, прилег на диван и заснул. Проснулся уже заполночь, но застилать постель было лень, и я продолжил спать как есть, натянув лишь на себя покрывало.
А утром случилось то, что, как это принято называть, разделило мою жизнь на «до» и «после». Я стоял на остановке и ждал восемнадцатую маршрутку. Она все не ехала, и я начал нервничать. Через эту остановку никакие автобусы больше не проходили. Нужно было либо продолжать ждать, либо срочно бежать на «единичку» – еще минута-другая, и этот вариант меня бы тоже от опоздания не спас. Но мне так хотелось увидеть мою любимую зеленоглазку! Вчерашний день, а особенно то, что я не впустил Ирину, немного примирил меня с моим проступком. Не то чтобы совсем примирил, но я не воспринимал уже его столь болезненно. В конце концов, прав был мой внутренний голос: высокая блондинка с зелеными глазами была мне пока никем, поэтому быть перед ней виноватым я мог лишь в своем болезненном воображении. Если болен – лечись, а не носись со своей любовью, словно с писаной торбой. Здоров? Тогда люби. Только научись отделять котлеты от мух.
Примерно так я себя «уговаривал», настойчиво продолжая мерзнуть на остановке. Между тем, даже если бы маршрутка все же пришла, я бы все равно опоздал. Оставалось одно: вызывать такси. Я полез в карман за мобильником, как вдруг передо мной остановилась машина с шашечками. Вот те на! Новый вид сервиса: мысленный вызов такси. Красотинск, ты крут!
Я уже потянулся к ручке передней двери, но открылась задняя, и первое, что я увидел, – такси было полным полнехонько. На кой черт тогда… И тут я узнал ту, кто открыл дверцу. Это была подруга моей любимой, златовласка.
– Гелий Аркадьевич, – торопливо сказала она, – автобус сломался. Подождите немного, Лента вас заберет.
Она захлопнула дверцу, и машина уехала. А я остался стоять с разинутым ртом, так и не успев ничего сказать. Что это было? Откуда она знает, как меня зовут?.. Тьфу ты, да какая разница! Главное, что еще за лента должна меня забрать? Эскалаторная?.. Может быть, Мебиуса?..
Постой-постой-постой, бросило вдруг меня в жар. Может, я просто ослышался? Не лента, а… Ленка?.. «Ленка вас заберет». Ленка Тарасова!.. У меня затряслись руки-ноги. Реально, словно у школьника на первом свидании. Я был уверен, что прав. И я волновался так, словно мне впрямь предстояло первое свидание в жизни.
Я ошибся лишь в мелочи. В подошедшим вскоре такси тоже открылась задняя дверь. И там действительно сидела Лена Тарасова. Моя зеленоглазочка. Моя любимая. Она подвинулась, освобождая мне место, хотя было свободным и переднее кресло. Но я скорее дал бы ампутировать задницу, чем сесть туда, а не рядом с любовью. «Наедине с любовью» – по-моему, есть такая песня. Или нет. А сам-то я есть или нет?.. В те мгновения я сильно в этом сомневался, как и в реальности происходящего в принципе.