— Но ты не смог одолеть даже одного урода, который именует себя царём скорпионов! А Змияд куда сильнее.
— Я бился со Змиядом! Правда, вместе с братом. А потом много тренировался, стал сильнее.
— Ты же сам маг, неужели не знаешь, что Змияд куда сильнее на своей земле, а в чужих краях слабеет. Потому вы с братом, как ты рассказал, оказались почти ему равны. В его собственном доме ты победить Змияда не сможешь.
Другой незнакомец добавил:
— И Шуштед такой же. Здесь ему нет соперников. Ну, почти нет. Возможно, Змияд его сможет победить, но очень дорогой для себя ценой.
В ответ на эти слова второй невидимый незнакомец прыснул от смеха:
— Ха-ха-ха! Знал бы этот Змияд, как легко победить Шуштеда!
— И как же сделать это? — как можно простодушнее вопросил Азван и затаил дыхание в ожидании ответа.
— Он боится воды. Здесь некуда бросить его в воду, но если бы кто принёс с собой достаточно много воды и облил его, то Шуштед тут же лишился бы всех своих сил.
— Это правда. И я слышал такое от своего отца, но забыл, — согласился другой тонкий голосок.
Азван постарался хорошо запомнить: вода — смерть для царя скорпионов!
Далее он спросил:
— А я слышал, что вы знаете, как освободиться от магических пут, что на мне. Это правда?
— Да, это я говорил, — послышался голосок с нотками гордости. — Достаточно опустить хотя бы часть твоих пут в воду и в этом месте их можно разрезать обычным оружием.
— Но тут нет воды, — с сожалением произнёс юноша. — А имеется ли другой способ избавления от них?
— Да, твои путы можно перерезать магическим лезвием. Жаль, я не захватил с собой такое. Не знал, что может понадобится.
В ответ ему прозвучал другой голосок:
— Давай сходим, возьмём твой нож и освободим дылду?
— Дылда — это я? — спросил Азван, сдерживая смешок.
— Да, так мы вас называем. Вы такие огромные и неуклюжие, что смешно смотреть.
— А вы сходите за магическим ножом и освободите меня?.. — Но его речь прервала пришедшая ему в голову мысль и он воскликнул: — Подождите, а не поможет ли мне мой магический нож?
— Что ж ты давным-давно не попробовал пустить его в ход?
— Сейчас попробую!..
Азван создал в правой руке небольшой магический нож, нащупал ремни между левой рукой и своим телом, просунул лезвие в промежуток и легко перерезал путы. Затем освободил ноги и шею.
Искрящиеся магическими огоньками пути упали вниз и загорелись меняющими цвет огоньками. При этом они осветили две небольшие фигурки гномиков, которые ахнули, прижались друг к другу, закрывая глаза руками. Ростом они были чуть выше колен человека.
— Простите меня, пожалуйста, простите, дорогие незнакомцы! — тут же принялся извиняться юноша. — Я не знал, что мои путы начнут гореть и ослепят вас. Простите за мою неосторожность!
— А ещё маг! — сварливо упрекнул его худощавый гном с удивительно аккуратными пышными усами и бородой. Он имел курносый нос и удивительные бирюзовые глаза, был одет в фиолетовую курточку и такого же цвета колпачок с кристаллом наверху, из-под которого свисали волосы пшеничного цвета. — А мог бы это знать. Но я тебя прощаю, я очень великодушный.
— Спасибо тебе за доброту и великодушие, — поспешил поблагодарить его Азван.
Второй гном имел не менее пышные усы и бороду, схожего фасона светло-коричневую курточку и такого же цвета колпак с камнем. Гагатовые глаза с густыми бровями над ними. Он был заметно полнее своего собрата. Гном сказал:
— Я тоже добр и великодушен. Потому тоже прощаю тебя, хотя этот невыносимо яркий огонь ослепил меня.
— Спасибо и тебе за доброту и великодушие, — счёл сказать принц, заметив, что его гости простодушны и любят лесть. — Назовите, пожалуйста, ваши славные имена. Меня зовут Азван, я к вашим услугам.
Первый гном с бирюзовыми глазами принял важную позы и сказал:
— Настоящие имена мы сообщаем только самым близким людям. Даже друзьям не всем. Могу сказать лишь свою кличку, под которой я широко известен всюду.
— Буду очень рад её узнать.
— Борзоног — так меня зовут. По той причине, что я очень быстр и ловок, — с этими словами гном подпрыгнул, как бы демонстрируя свою резвость..
— Действительно, уважаемый Борзоног, ты выглядишь именно таким — быстрым и ловким.
— А меня называют Барсуком, — сообщил напарник Борзонога, — ибо я силён и бесстрашен.
— Лучшее прозвище, чем Барсук, тебе дать не могли, — и этого гнома не оставил без одобрения Азван.
— Тс-с! — внезапно произнёс Борзоног, приложив палец ко рту. — Сюда идут!