Эрг Ноор встал. Он ответил резко, нависая над сидящим Кларенсом, который, впрочем, совершенно не смутился. Он сидел и мысленно строил начальнику смешные рожи.
- Скорее всего, ваши отчеты ошибочны. Мы пришли к выводу, что плотный поток энергии делает невозможным любые попытки материи самоорганизоваться, уничтожая связи между молекулами. К тому же наш биолог считает, что лишь шестой элемент - углерод, способен дать достаточное разнообразие химических соединений, пригодных для построения жизни.
Кларенс не удержался от того, чтобы показать Эргу Ноору язык:
- Ну что за углеродный шовинизм? А как насчет жизни на основе фтора? В отчетах есть и такая…
Вилли, страшно вытаращив глаза, схватил Кларенса за руку. Весь его вид не просил, а приказывал не болтать лишнего.
- Впрочем, может вы и правы. Непонятно только к чему вопросы, раз вас не интересуют мои ответы.
Обсуждение затянулось на шесть недель. По его результатам для отправки на Землю подготовили пространный отчет с рекомендациями.
Прочитав его, Кларенс возмутился до глубины души:
- Что за бред несут Эон Тал с Ноором? Паноптикум какой-то. Как будто сами ничего не видели на черной планете. Их что, поразил внезапный приступ скептицизма?
Вилли тактично промолчал.
Кларенс взял реванш, когда «Тантра» начала торможение. Каким бы плавным оно не было, а переход светового барьера скрыть невозможно. Когда Эрг Ноор объявил о намерении снизить скорость, Кларенс тут же бросился в кабину «Призрака» и выключил искусственное тяготение.
На экранах мелко трепетали светящиеся линии – «сырые» данные с гравиметров и акселерометров, единственных приборов, доступных маленькому звездолету. Вдруг на графиках появился характерный зубец. По его высоте Кларенс тут же оценил скорость «Тантры» - почти четыре световых.
- Вот мы и поймали Эрга Ноора за хвост. Пузырь Алькубьерре, никаких сомнений, - пробормотал Вилли. – Старинная технология – варп-двигатели. Первые попытки лететь к звездам после кораблей поколений. Высокую скорость не разовьешь – пять, может, десять световых максимум, но зато снаружи тебя не видят никакие локаторы, а внутри никто не догадается, что ты мчишься, обгоняя свет. Идеально для скрытых операций.
- Спасибо, Вилли. Я знаю. Надо бы объясниться но, боюсь, время еще не пришло. Сначала нужно обыскать каюту начальника экспедиции. Надо было это сделать раньше, когда три четверти экипажа спали.
- Не вышло, Хантер. Все время кто-то слонялся по коридору. Риск был слишком велик. Надо ждать удобного случая.
Глава 19. Секреты начинают раскрываться
Удобный случай представился, когда «Тантра» сбросила скорость и обходила внешний пояс астероидов – он известен под названием пояс Койпера. Весь экипаж находился в центральном посту – маневры в опасной зоне требовали особой внимательности. Кларенс цинично воспользовался моментом и проскользнул в каюту Эрга Ноора: ни одна дверь на «Тантре» не имела замков – только магнитные и механические защелки.
Помещение оказалось просторнее, чем он ожидал. Но обстановка выглядела простой: широкая металлическая койка, капсула длительного сна, шкаф для одежды, стойка с дыхательным аппаратом и аварийными кислородными баллонами, рабочий и обеденные столы, два стула, кресло и пластиковая тумбочка. Дверь в боковой стене вела в санузел, совмещенный с душем и электрическим массажным кабинетом. Над койкой висел портрет молодой женщины, удивительно красивой даже по меркам землян.
- В такую, пожалуй, можно влюбиться, - сказал себе Кларенс, разглядывая золотые локоны, большие глаза и глубокий вырез на длинном платье. – Если бы, конечно, не существовало Шейлы. Или Ингрид. Обе хороши.
Кларенс открыл ящики письменного стола – в них лежал только портативный компьютер, папка-скоросшиватель с бумагами, карандаш и авторучка. Это само по себе казалось любопытным: астролетчики пользовались памятными машинами.
В папке был всего один документ. Но какой! Во-первых, он описывал, как пользоваться встроенным в «Тантру» модулем, предназначенным для создания сверхсветового пузыря. А во-вторых, был написан на галактическом языке, правда, на его устаревшей версии. Начальник оказался действительно не так прост, как выглядел на первый взгляд.