Молодая женщина снова открыла пудреницу, поймала зеркалом солнечный луч, направила его на окно кабинета.
Золотистый зайчик побежал по полу, перескочил на стол.
На мгновение засиял стакан с водой…
Зайчик переместился правее и выше…
— Счастливого пути! — проговорила женщина мягким, мечтательным голосом.
Алиса, секретарь Андрея Васильевича Филимонова, генерального директора концерна «Омега», поставила на хромированный подносик чашку кофе, без стука открыла дверь и вошла в кабинет.
— Одна ложка тростникового сахара, — проговорила она, разворачиваясь. — Как вы любите…
Алиса удивленно заморгала.
Шефа не было на месте.
Не было его за столом, не было возле книжного шкафа…
Его вообще не было в кабинете.
Но как же так!
Она только что вышла отсюда, чтобы приготовить ему кофе…
Он сидел за своим столом, просматривал бумаги.
Другого выхода из кабинета нет…
Алиса поставила поднос на стол и громко проговорила:
— Андрей Васильевич, где вы?
У нее мелькнула странная, глупая мысль, что шеф играет с ней в прятки.
Но это, конечно, ерунда…
Может быть, он что-то уронил и полез под стол?
Алиса обошла стол, заглянула за него…
Шефа, конечно, там не было.
На полу под его креслом была небольшая горка какого-то белесого порошка.
Алиса мимоходом подумала, что новая уборщица плохо делает свою работу.
Но тут же отбросила эту несвоевременную мысль, выбежала из кабинета и окликнула дремавшего в кресле охранника:
— Антон!
— Что тебе? — Он заморгал, протирая глаза.
— Антон… шеф…
— Зовет, что ли?
— Нет… — Алиса замотала головой, глаза ее расширились.
— Да что такое?
— Он пропал!
— Что значит — пропал?
— Его нет в кабинете!
— Что ты несешь? Как это нет?
— Сам посмотри!
Антон неохотно поднялся, прошел в кабинет, удивленно, растерянно огляделся.
Шефа действительно не было.
— Ушел, что ли, куда-то?
— Как он мог уйти? Ты же знаешь, что мимо нас он пройти никак не мог!
Антон на мгновение подумал, что шеф прошел мимо него, пока он дремал, и тут же отбросил эту мысль.
Он давно выработал у себя рефлекс — даже сквозь сон чувствовал шефа, знал, когда тот находится рядом.
Да и Алиска не могла не заметить его…
Он обошел кабинет, бросил взгляд на окно.
На какое-то мгновение ему показалось, что в окне дома напротив мелькнул яркий блик.
Снайпер?
Стекло в этом окне было особо прочное, оно могло выдержать пулю из снайперской винтовки. Да и потом, любая пуля непременно оставила бы на стекле след, отверстие…
И вообще, при чем тут пуля?
Никакая пуля не могла сделать так, чтобы шеф исчез!
Исчез бесследно!
Антон подошел к столу шефа, крутанул кресло.
На полу под креслом была небольшая горка какого-то серебристо-серого порошка.
Должно быть, прежде чем исчезнуть, шеф что-то сжег…
Антон схватился за голову.
Это было выше его понимания.
Нужно было срочно доложить своему непосредственному начальнику — руководителю службы безопасности концерна… пускай он дальше сам разбирается… Но что-то подсказывало ему, что работы он лишится в самое ближайшее время.
Поезд давно подали, когда Лена прибежала на вокзал. Тянула до последнего, чтобы не маячить в зале ожидания. Город у них небольшой, все друг друга знают, вполне может ее кто-то увидеть и позвонить Максиму. А он примчится на вокзал, чтобы поскандалить. Ага, станет орать, в отпуск намылилась, значит, деньги у тебя есть? А жалкие двенадцать метров для меня жалеешь!
Совсем с катушек слетел, когда они развелись, да еще мамаша его подзуживает. Лена, конечно, неправильно поступила, когда ушла из квартиры. А что было делать, если застала Максима с посторонней девицей, можно сказать, тепленькими.
Она тогда прямо остолбенела, а эти двое и не смутились даже нисколько. Девица наглая такая, это, говорит, хорошо, что вы сами все узнали, а то Максим все колеблется, не может решиться. А я, говорит, ждать не могу, потому как беременность у меня шесть недель. И справку какую-то сует Лене под нос.
В общем, собрала Лена кое-какие вещи, да и убежала. Сначала у соседки тети Дуси переночевала, потом в общежитии у девчонок койка свободная нашлась.
С Максимом поговорить толком так и не удалось, он как отрезал: сама ушла — так и живи сама.
Вот как, значит…
И такой противный стал, что Лена и не жалела нисколько, когда на развод подавала. А у свекрови в суде знакомая оказалась, она так сделала, что их развели быстро.