«А ты он и есть», — подумала Лена, но, разумеется, промолчала.
Потихоньку возвращались воспоминания.
Вот она едет в поезде на верхней полке, вот просыпается от толчка, и в купе входят двое в черном, очевидно, это они и есть. Ну да, морду этому толстому кот расцарапал… как же его звали… Мурзик.
Она хотела позлорадствовать, но вместо этого спросила, стараясь, чтобы ее голос не дрожал:
— Где мы? Куда вы меня привезли? Что вам от меня нужно?
— Что нам нужно? Не придуривайся! Ты отлично знаешь, что нам нужно. Говори, где оно! — толстый уже орал.
— Да хоть скажи, что это за оно!
Лене показалось, что разговор их пошел по кругу, как заезженная пластинка.
Медведь вдруг успокоился, отошел и проговорил почти равнодушно:
— Ладно, Барсук приедет, он с тобой быстро разберется. У него не забалуешь…
Лена невольно вздрогнула — эти слова не сулили ей ничего хорошего…
Она отдышалась и огляделась.
Они находились в большой полупустой комнате, где из мебели был обшарпанный стол, пара колченогих стульев, то самое продранное кресло, в котором сидела Лена, да фанерный шкафчик с застекленными дверцами, на которые изнутри были наклеены выцветшие репродукции пейзажей средней полосы.
Еще на стене висел календарь за какой-то давно минувший год, на котором пышная брюнетка собирала виноград.
Все это вместе напоминало какое-то помещение из давно прошедших времен. Такое Лена видела в старых фильмах. Соседка тетя Дуся любила их смотреть, Лена ей диски доставала.
Вдруг за окном раздался приближающийся приглушенный звук автомобильного мотора.
Медведь встрепенулся, торопливо шагнул к окну и проговорил, потирая руки:
— А вот и он! Вот и Барсук!
Мотор приблизился и затих.
Скрипнула дверь, и в комнату вошел высокий сутулый мужчина лет сорока с густыми сросшимися бровями, в черной куртке и матерчатой кепке.
Медведь метнулся к нему и торопливо проговорил:
— Тут она! Но этого у нее нет, мы ее хорошенько обыскали. При ней его нет…
— Значит, плохо искали… — отмахнулся от него новый персонаж и подошел к Лене.
Он удивленно уставился на нее.
От его холодного, пронзительного, презрительного взгляда Лена почувствовала холод в сердце. Ей захотелось вернуться в уютную, безопасную тьму беспамятства. Комната вокруг нее закачалась, как палуба корабля. Она зажмурилась и начала действительно терять сознание, но сквозь туман дурноты услышала холодный, безжизненный, словно механический голос пришельца:
— Кто это?
— Как — кто? — удивленно затараторил Медведь. — Как это — кто? Она это, Вася!
— Не Вася, а Васса, сколько можно повторять! Но только это не она! — отрезал Барсук. — Кого вы привезли?
— Но как же… ведь ты нам сказал, на каком она месте будет… ведь эта аккурат на том самом месте была… Тринадцатый вагон, пятнадцатое место…
— На том самом! — передразнил его Барсук. — Говорю тебе — это не она! Она вас перехитрила! Обманула! Ушла! А у меня была такая верная наводка! Теперь когда еще удастся ее найти…
Лена вспомнила, что на пятнадцатом месте должна была быть тетя с котом, и Лена с ней поменялась, но решила не высовываться. Да и тетку эти двое видели, их с Леной никак нельзя перепутать.
— А что же теперь с этой делать? — растерянно спросил Медведь, его напарник молчал.
— А что ты с ней можешь сделать? Она вас обоих видела, хуже того — она меня видела! Нужно от нее избавляться. Отвезите ее к старой мельнице и сбросьте в омут. Там ее никогда не найдут!
От услышанного Лена окончательно потеряла сознание, снова провалившись в мягкую спасительную темноту…
Но очень скоро она снова очнулась от резких толчков и ударов.
На этот раз ей хватило ума не издать никаких звуков, никак не показать, что она пришла в себя.
Для начала она попыталась проанализировать свои ощущения.
Ее то и дело мягко подбрасывало и кидало из стороны в сторону.
Так, похоже, что ее везут в машине по неровной, ухабистой проселочной дороге…
Рядом с ней было что-то большое, пахнущее пивом и потом…
Она вспомнила этот запах — и вспомнила все, что было до очередного провала.
Вспомнила комнату, похожую на жилконтору, вспомнила двух громил — Медведя и второго, с черными тенями под глазами.
Вспомнила, как приехал третий человек, и как он велел… велел отвезти ее к какой-то мельнице и сбросить в омут!
Вот туда ее сейчас и везут!
Везут, чтобы убить!
Лена осторожно, стараясь не выдать себя, приоткрыла глаза.
Она полулежала на заднем сиденье машины.