Но в жизни чаще всего бывает наоборот. Закрыть глаза и открыть их снова — это лишь получить передышку на мгновения, да ещё из уже привычной плохой ситуации можно вляпаться в ещё более страшную.
Из заглушённой обмороком боли меня вытягивали постепенно — и боль нарастала вместе с прояснением сознания.
Сумел открыть глаза. Кто-то меня крепко прижимает к себе и летит наверх. Вокруг нас летают драконы... Просыпается слух: тоже постепенно, не сразу, но я начинаю слышать и свист воздуха вокруг нас, и отдалённые крики, и беспорядочные выстрелы, которые в ночном воздухе кажутся постукиванием мелких молоточков по твёрдой поверхности, и долгий шорох и свист пролетающих мимо аэромашин...
Полёт прекратился. Дракон начал медленно спускаться на крышу. Одной рукой он всё ещё держал меня за пояс, другой — жёстко прижимал мою голову лицом к своему плечу, поэтому я не сразу понял, что мы спускаемся на крышу, с которой несколько минут назад устроили налёт на противоположный корпус.
Я не почувствовал ног, когда они коснулись поверхности крыши, но затем почувствовал, что они стали подгибаться. В ухо голос Люциуса нетерпеливо сказал:
— Андрей, мы уже на крыше. Можешь встать на ноги!
— Не... могу...
Он, видимо, не понял, что произошло. Решил, что я ещё не осознаю, что мы в безопасности и мне уже можно приходить в себя. Поэтому снова крепко сжал мои плечи и резко встряхнул... От боли — меня будто доской ударили по позвоночнику — я коротко вскрикнул. В глазах снова потемнело.
... Лежу на крыше. Крылья успели снять. С обеих сторон от меня на корточках Белый Вечер и Ледяной Джин. Смотрят не на меня, а друг на друга. А чуть дальше, опять-таки кругом, драконы со сложенными крыльями. Кто-то за моей головой встревоженно спросил — по охрипшему голосу не сразу узнал Люциуса:
— Ну и? Что с ним?
— Сломанное крыло повредило имплантаты, вживлённые в тело, — сказал Белый Вечер. — Два из них пережали нервы. Его нельзя трогать или перевозить. Нужна жёсткая фиксация позвоночника. Самим выдирать имплантаты нельзя. Чревато последствиями. Надо везти его в больницу.
— Нельзя, — ровно сказал Ледяной Джин. — За нами числятся нападение на таксиста и диверсия в больничный корпус, охраняемый полицией. Это только то, что на поверхности. Подспудно же на нас начинается охота целой армии воронов. Мы уже рискуем, оставаясь здесь, на виду у всех... Андрей, как ты себя чувствуешь?
— Хреново, — прошептал я.
— Сейчас будет ещё хреновей, — спокойно сказал драко, стоящий за спиной Белого Вечера. Привыкшие к темноте на крыше глаза вскоре узнали Даниила. — Ребята, слева гляньте. Сюда летит стая воронов. Большая.
Все обернулись налево, а ведуны встали на ноги. Только Люциус, державший мою голову, остался со мной. Именно к нему Даниил и обратился:
— Что делаем?
— Люциус, — прошептал я. — Возьмите Зеркало и удирайте к Мангусту. Меня помурыжит полиция, зато спокойно отлежусь на больничной койке.
— Если бы я был уверен, что ты попадёшь к полиции, возможно, я так и сделал бы, — спокойно отозвался драко. — Но к нам летит отнюдь не полиция. Так, сколько у нас здесь, на крыше, аэротакси?
— Две машины.
— Найдите для Андрея что-нибудь твёрдое под спину. В машине мы положим его назад. Одно сиденье уберём, чтобы он лежал на спине, свесив ноги. Я сяду рядом, чтобы уберечь его от тряски.
— И куда мы его повезём?
— Пока куда-нибудь из поля зрения воронов. Две машины, — Люциус торопливо сбрасывал крылья и расшнуровывал жилет, — примкнут к машинам на любой оживлённой трассе, а драконы пусть разлетаются, но не в одиночку. И будьте постоянно все на связи друг с другом.
— Почему не в одиночку?
— Переловят.
— Но ты не сказал — куда везти Андрея.
— К Мангусту — куда ещё. Там Диана, у неё есть кое-какие навыки в оказании медицинской помощи.
— У меня тоже есть, — встрял Белый Вечер. — Будь атмосфера поспокойней, я бы вытащил из вашего друга имплантаты.
— Проблема в том, что у нас нет места со спокойной атмосферой, — сказал Люциус. После недолгого молчания — лихорадочно упаковывал крылья в спецмешок — он спросил, глядя на кого-то, чьи поспешные шаги остановились рядом со мной: — Что это?
— У меня в багажнике было — эта штука подойдёт для спины Андрея, — откликнулся один из драко, и что-то громыхнуло сбоку от меня.
— Люциус... — неуверенно сказал Белый Вечер. — Люциус, есть одно место, где, добравшись, мы сможем остаться ненайденными и где я смогу заняться имплантатами.