— Дети попали не безвинно.
— Мы с ним разговариваем, и вдруг я в этой «мафии» обнаруживаю такое благородство. Он религиозный, одновременно мусульманин и еврей, и исповедует ту и другую веру. Я сижу и думаю, что я и христианка, и буддистка, во всё вляпалась и ничего не исповедую. И я начинаю понимать, что я его уважаю больше, чем себя. Он вроде бы ниже меня, мафия, а я вроде такая благородная женщина. А оказалось, что в нем столько благородства, что он совершенно на другом уровне находится.
— Чем закончилась ваша история?
— Закончилось тем, что мы, разговорившись, уже забыли об этой ситуации, отпустили ее, и вдруг он куда-то вышел, серию звонков сделал, мы с ним продолжаем разговаривать, потом он снова вышел, пришел и говорит: «В час тридцать самолет вылетает в Турцию за вашими детьми».
— У вас был долгий рассказ. Что именно вы поняли из этой ситуации?
— Я поняла противоположности. То, что я увидела в нём, это есть и во мне.
— Главное, о чём я вам всё время говорил с самого начала и продолжаю говорить: мир и люди таковы, какими вы их видите. Если вы видите его как мафиози, который хочет забрать деньги, то вы именно это и получите. Если вы увидите в нём другую сторону, а вы ее и увидели, то получите другое.
— Я даже ему сказала: «Какой вы интересный человек, откуда вы столько знаете? Что у вас за образование? Какой вы благородный».
— Но вы понимаете, что речь идет не о нём, а о вас? Вы изменили свое восприятие, перейдя на противоположную сторону, и получили ситуацию в соответствии с новым видением. Так кто меняет восприятие? И что было бы, если бы вы не изменили восприятие? Смотрите, когда вы были здесь, у вас было другое восприятие. Вы его четко держали, вы никак не хотели его менять. Вы чувствовали себя оскорбленной, обиженной, вы хотели забрать деньги и уйти отсюда.
— Там все родители кричали, что они заплатили.
— Ситуация та же самая. Вы всё время обсуждаете внешние перипетии вашей ситуации, а я постоянно склоняю вас к видению внутреннего процесса, происходящего в вас.
— Я еще не привыкла к таким рассуждениям. Я сейчас вас здесь слушаю и в свою жизнь вывожу это всё.
— Так вы увидьте самое главное — мир таков, каким вы его представляете. Он не является ни плохим, ни хорошим, он такой, каким вы его видите. Видите его ужасным — он будет ужасным. Но это вы ужасная. Видите его другим — он будет другой. Вы проиграли эту ситуацию. Вот вам пример из вашей жизни, который не заставил себя долго ждать.
— Спасись сам, и спасутся те, кто рядом.
— Что такое «спасись»? «Спасайся, кто может!» От кого спасаться-то надо, позвольте узнать?
— Я имею в виду, что человек изменил отношение.
— Я понимаю. Я просто показываю относительность лозунгов. Я понимаю, что вы имеете в виду. Я просто уточняю — в этом моя задача. Я не могу обходиться общими фразами. Хотя многим этого достаточно. Здесь это не получится. Всякий раз я буду спрашивать вас, что вы имеете в виду, говоря то, что вы говорите.
Как видите, здесь скорость движения очень большая. Может быть, вы еще несколько лет будете проживать эту ситуацию. Я же вам говорю: «Ситуация есть, давайте ее осознавать». Иначе мы будем тянуть резину. Я, может быть, через несколько лет вообще здесь не буду находиться, а вы только созреете к тому, чтобы сказать, что я был прав. Вы придете, а уже нет никого. Поэтому я использую время, которого не так много, и подталкиваю вас к тому, чтобы вы начали видеть то основное, что надо извлечь из этой ситуации.
— Но гордыню свою… Я осознала ситуацию, проверила, что механизм работает, мне так захотелось вас отблагодарить, но я же чувствую себя изгнанной.
— Если вы себя чувствуете изгнанной, то вы и будете здесь сидеть, как изгнанная.
— Решила, что на занятия я не пойду, а пойду, когда они закончатся. Но я забыла, во сколько они кончаются, и на следующий день приехала в десять, а уже никого не было. На следующий день бегу пораньше и встречаю ребят уже на дороге. Они мне сказали, что сегодня вы будете здесь. Тогда уже освобождение прошло полностью. Я была так счастлива, что их увидела, во мне что-то взорвалось и стало так легко, весело, я была просто счастлива.