— Это и было увидено здесь после медитации и холотропного дыхания. Первое, что я в себе отметил, что очень сильно раздражен и непонятно почему. Только через какое-то время я увидел, что выскочил из привычной роли. А для ума это всегда беспокойство: он сразу начинает суетиться.
— Да, это некомфортные состояния. Почему я и говорю, что это непросто. Комфортно осуждать, если ты привык это делать. А все привыкли это делать постоянно. И перейти в состояние суждения совершенно некомфортно. Я предлагаю рассказать, что вас раздражает. Пожалуйста. На семинаре по осознанию, может быть, всё-таки кто-то сможет получить осознание? Начинайте с конкретного. Что раздражает?
— Можно я начну? Я очень не хотела делить номер с Ларисой и приняла это в штыки.
— Почему?
— Меня раздражает, что она умствует. Подавляет просто. Делай так, это не так, ты эмоции проявляешь, так много говоришь…
— А что ты делаешь?
— Я это и делаю.
— Замечательно. Смотрите, когда нам показывают самих себя, нам это не нравится. Мы будем осуждать и раздражаться на тех, кто нам показывает самих себя.
— Я вчера даже вышла на балкон. Она заходит, а мена просто несет. Думаю, послушаю музыку, успокоюсь. Но меня просто несет. Сейчас как шибану ее, и она вылетит из этой комнаты.
— Нет, чтобы самой выброситься.
— Я с ней поговорила и увидела, что это мое, родненькое. Это раздражение, непринятие.
— Что именно? Раздражение чем? Что она осуждает?
— Мою эмоциональность, мое многословие.
— Твою низковибрационную эмоциональность.
— Да. Похоже, что так.
— Похоже или так?
— Я просто это вижу в себе. Сейчас идет раздражение.
— Что именно раздражает тебя сейчас? Раздражение есть показатель твоего невидения. До тех пор пока оно есть, ты не видишь, что именно в тебе происходит. Если я вижу указатель, это еще не значит, что я вижу то, на что он указывает. Раздражение — это указатель. На что он указывает?
— На то, что я не принимаю в себе суету и даже не вижу, что я суечусь. Что я болтаю много с низкими эмоциями, я тоже не вижу. Мне кажется, я так умно всё говорю.
— Замечательно. Теперь что тебе нужно? Ты увидела указатель и поняла, на что он тебе указывает. На то, что ты много болтаешь, что у тебя низковибрационные эмоции и так далее. Теперь тебе надо ловить себя на этом. Ты начинаешь болтать и — раз, на половине фразы остановилась и осознаёшь свое состояние.
— Как же на половине остановиться?
— Можешь не останавливаться, но тогда не будет ничего, ради чего мы здесь собираемся.
— Оля, но тебя же Сан Саныч вчера очень сильно раздражал.
— Да, а ты не говоришь об этом.
— Раздражаю я тебя, потому что я делаю за тебя то, что нужно делать тебе самой. Я останавливаю тебя тогда, когда ты не можешь остановиться. Так вот это надо делать тебе самой. Если ты начинаешь это делать сама, то раздражение ко мне исчезнет, а появится благодарность. Потому что я делаю за тебя то, что ты должна делать сама, а ты сопротивляешься этому. Тебе нужно сейчас прекратить говорить, и я говорю: «Кончай говорить».
— Я вижу того мужика, который душит женщину, которая хочет что-то сказать. Вот и всё.
— Я сейчас увидела, как мне тяжело говорить какие-то истинные слова. То есть я раздражена на то, что с легкостью болтаю пустое, а то, что истинно надо сказать, я умалчиваю. Это меня раздражает.
Истину нельзя произнести, но можно осознать— Замечательно. Эго в этом находится всегда. Осуждение найдет любые лазейки. Осуждать можно что угодно. Духовно развиваемся — значит, будем осуждать бездуховность. Неважно что, но всё время осуждать. Я не говорю об истине, я вас подталкиваю к ее осознанию. Давайте говорить о том, что есть, так, как оно есть.
— Я ловлю себя на мысли, что, в принципе, осудить я здесь могу большую часть людей. Другой вопрос, что я не делаю этого и пытаюсь понять, но такая тенденция почему-то всё время существует.
— Какая тенденция?
— Осудить. Прямо как потребность идет.
— Совершенно верно. Это и есть потребность низких вибраций. Им нужно осуждать. Здесь все занимаются только одним — осуждением. Это делается автоматически.
— Мы уже это рассматривали, и доставать это из себя очень больно.
— Если эта боль трансформировалась, то ее больше не будет, а если нет — то будет возникать всё время. Я работаю с тем, что есть. И если здесь есть только осуждение и вина, то как я могу с этим не работать? Вы хотите, чтобы я занимался иллюзиями? Чтобы я вообще ничего болезненного не трогал, всех гладил по голове и говорил: «Ты такой духовный. Со вчерашнего дня ты так вырос, на несколько чакр поднялся. Ты просто потрясающий». Вы этого хотите? Тогда идите туда, где вас будут гладить и усыплять.