— Само желание пожалеть кого-то возникает из-за жалости к самому себе, потому что ситуация для всех одинаковая. Она у всех есть. Поэтому отслеживайте состояния, которые у вас возникают. Будете ли вы осуждать меня, жалеть ее, жалеть себя. Это есть, и не может не быть в личности. А так как вину переживать очень тяжело, то осуждение лучше, чем вина, и тогда я буду осуждать. Тогда у меня нет вины, но я осуждаю всех. Осуждать-то легко, а вину чувствовать тяжело. Хотя это вещи одного и того же порядка. Чтобы не чувствовать вину, я буду осуждать механически, не понимая этого. Я всех буду осуждать, особенно тех, которые мне на это указывают. Поэтому осуждение так распространено здесь. А вот почувствовать вину как другую сторону осуждения, не просто. Ведь когда вы распространяете осуждение, вы одновременно имеете и вину. И чем больше вы осуждаете, тем больше у вас вины.
— Я начала на тебя проецировать осуждение потому, что пошла вина.
— Потому что ты боишься вины. Так ты проживи эту вину как факт: «Да, у меня есть вина».
— Она меня и размочила.
— Так вот и переживайте ее. Осуждать-то легко. Вот я какой сильный, гордый, сейчас всех разнесу. Осуждение — это активная позиция в жизни. А вина — пассивная позиция.
— А в вине-то находиться больно.
— Так ты в боли-то и находишься. Все в боли находятся и вопят от этого, но делают вид, что у них боли нет, потому что они осуждают. Им кажется, что, осуждая кого-то, они не будут чувствовать эту боль. Это как в анекдоте. Абрам и Сарра лежат, Абрам ворочается и не спит. Сарра спрашивает: «В чем дело?» Абрам отвечает: «Я Изе должен тысячу долларов». Сарра вскакивает, подбегает к окну и кричит: «Изя, Абрам тебе должен тысячу долларов, так вот он тебе их не отдаст». Ложится и говорит Абраму: «Спи, теперь пусть он переживает». Вот и смотрите, вина, оказывается, переживается значительно болезненнее, потому что это пассивное состояние.
— Это подавленное состояние.
— Хорошо. Но когда я осуждаю, то я гордый, я сильный, я знающий, я правду говорю. А когда чувствую вину, то я раздавленный, я никакой. А так как осуждение и вина идут вместе, то когда ты несешь осуждение, то одновременно несешь и вину. Но с виной я не хочу соприкасаться, и тогда я буду усиливать осуждение. Как только вина пришла, так я буду говорить, что это не из-за меня, а из-за этого козла. Давай его осуждать будем!
Так возникают революции и создаются войны. Когда вина начинает усиливаться, нужно найти козла отпущения, осудить его и идти на него «святой войной». Часто говорят о раскаянии, но оно есть способ подавить вину. Одного раскаяния недостаточно. Ты должен понимать двойственность, потому что иначе эта вина опять перейдет в осуждение, что, собственно, и происходит. В принципе, раскаяться, если правильно употреблять это слово, это и есть осознать. Раскайся, то есть пойми, что, осуждая, ты имеешь вину. Осознай вину и осуждение как две стороны одной медали. Это и есть раскаяние. Раскаяние не есть переживание вины. Но пройти через фазу вины, чтобы осознать ее связь с осуждением, необходимо.
Что происходит в детстве? Ребенок что-то не то сделал, и родители тут же говорят: «Иди извинись. Встань в угол и почувствуй вину». То есть принудительно заставляют его чувствовать вину, а у ребенка идет сильное отторжение, и он начинает обвинять их.
— Последние два дня я переживала эти состояния. Я видела, как осуждение и вина перетекают одно в другое. Я сейчас прочувствовала, что когда идет обвинение, то проецируешь вину, то есть обвиняешь кого-то. Потом испытываешь злорадство и ненависть, а потом всё это возвращается, и ты испытываешь такую же вину, и идет очень тяжелое состояние «самонаказания» за то, что ты обвинил.
Мы чувствуем вину за то же, за что осуждаем— Мы всё время занимаемся осуждением, а осуждая, мы накапливаем вину. Посмотрите, сколько за день вы осуждали, столько же у вас и вины. А сколько за месяц? А за год? А за всю жизнь? Так вот вину надо осознать и прожить как оборотную сторону осуждения. Именно это и покажет, что на самом деле правда не есть то, что вы считаете правдой. Осуждающий считает, что он прав, иначе он не будет осуждать.
— А еще момент, который мы в Карелии разбирали: видеть в неудаче удачу. Если еще увидеть, что это был опыт, который можешь наблюдать, увидеть, осознать. Это материал для твоего осознания. Опыт твоего мужа был таким, а для тебя он — возможность для осознания. Увидь это со стороны, в неудаче — удачу. Не было бы этого, тебя не было бы здесь, и тебе нечего было бы осознавать.