— В космосе не совсем так все устроено, Сереженька. Вам надо немного астрономию поизучать, но мысль вашу я уловил. Что в ней нового? Так и раньше было. Исключение составляли только родственники и друзья детства. Сейчас и эти исключения становятся все более редкими. Всегда люди сходились при наличии совместных интересов, а когда эти интересы пропадали, с разной скоростью расходились. В вашей терминологии — расширение вселенной, а пример — курортные знакомства. Другой вопрос, что интересов раньше имелось больше, любые хобби были доступны, люди меньше зависели от денег, и общество было более однородно. Сейчас, как считает один мой друг, которого я сегодня вспоминаю второй раз, наступает эра господства. Не стану пересказывать вам его теорию, но некоторые ее аспекты бесспорны. У людей формируется новое «я», и оно не содействует их сближению и развитию моральных качеств, декларированных, например, в христианских заповедях. Помните, как у Крылова: «Есть много богачей, которых смерть одна к чему-нибудь годна».
— Мы как раз хотим попытаться это преодолеть. Раньше существовало много способов: пионерия, комсомол, партия, профсоюзы, другие общественные организации. Наконец, церковь. Может, не все там было правильно, но механизмы имелись. Сейчас почти все эти механизмы, кроме церковных, уничтожены. Рассчитывать на то, что в нашей атеистической стране идеи церкви быстро завладеют умами, а тем более чувствами, не приходится. Для этого нужны десятилетия, а жить надо сейчас…
— О-о-о. Меня недавно пытались затащить в партию. Если вы что-то похожее затеяли, то без меня. Там такой кавардак. Философия подворотен, а суть все та же — деньги. Есть мудрая пословица: «Вера— это неверие в себя».
— Мы не об этом. Партии сейчас на стадии строительства. Это, кстати, хорошее начинание. Необходимое. Вера очень нужна. Однако даже если партийное строительство полностью завершится, оно охватит не более десяти процентов населения. При этом таких, как вы, за бортом останется не меньше. Куда вам деваться? Мы же, как уже говорили, хотим развить клубную систему. Это не ново. За рубежом широко распространено. Там уже давно поняли то, что я вам рассказываю. Мы изучили их опыт, набросали собственную программу, подобрали место, но нет денег.
— Это будет клуб для йогов?
— Нет. Йога, как и другие подобные течения, организованы по совершенно иному принципу. У нас один учитель, одно учение, очень замкнутая система, внутри которой — безграничные возможности для человеческого познания. Той проблемы, которую мы обсуждаем, в йоге не существует, — вмешалась «лейтенант».
— Тогда зачем вы, посвященные йоги, общающиеся с Космосом, об этом говорите? В это влезаете? Мне предлагаете партнерство, где никогда не будете партнерами, поскольку партнер должен быть кровно заинтересован в результате и находиться в процессе.
— У нас есть своя цель. Она нам поставлена свыше, и мы от нее не отступимся. Для вас же — это спасение, — пафосно ответил Сергей.
— Понятно. Сделать клуб. Нагнать туда людей и завладеть их душами. Что-то серой попахивает, господин майор. Или ничего, кроме денег? Так пусть высшие силы вам деньги дадут. Хотя я догадываюсь, в чем дело. Ваша контора обнищала. Не в фаворе.
— Опять вы, Родион Иванович, за свое. Лучше представьте себе, что, окончив рабочий день, вы имеете возможность без каких-либо приготовлений поехать не домой, поглощать скучный ужин, смотреть телевизор или читать тупой детектив, а в общество, где много ваших единомышленников, собеседников, концерты, спектакли, просмотры фильмов, развлечения, по желанию спорт, баня. В конце концов, знакомства. Можно и дела обсуждать, что-то новое совместно придумывать, помогать друг другу. Жены, независимо от вас, в течение дня могут общаться. Косметика, процедуры, показы мод, выездная торговля. Все это в одном месте, безопасно, контролируемо…
— Красиво, Сереженька. Очень красиво. Получится ли? Мы активно внедряем все, что там существует, не учитывая реалий страны. Там слои общества формируются сотни лет. Вековые традиции, схожее воспитание, одинаковое образование. Наконец, богатыми там становятся в основном по наследству и поэтому имеют возможность с детства общаться с себе подобными. У нас этого пока нет. Сегодня бизнесом занимается совершенно разнородная публика — от профессора до уборщицы. Завтра туда ринутся уголовники и те, кто сегодня пытается строить политику. Вряд ли у них найдется много общих интересов. Баня, спорт — понятно, но клуба вокруг этого не сделаешь. А с бизнес-партнерами можно и в офисе, и в ресторане переговорить. Это намного дешевле. Да и эффективнее.