— Что будете пить? — спросил он. — Я сегодня соблюдаю сухой закон. Дал слово не пить за рулем. Был печальный повод.
— Мы — шампанское, — хором ответили девушки.
— Родик, не дури! Мы не виделись черт-те сколько, и ты отказываешься от выпивки. Не пойдет. Давай так: оставляешь машину здесь, а ездить будем на моей. Я обещаний никому не давал. Кроме того, мой дядя в этом районе главный гаишник. За машину не волнуйся — отвечаю за сохранность. Если что — куплю новую.
— Крез… Узнаю фирменный выпендрон. Ладно, уговорил, — согласился Родик и, обращаясь к официанту, добавил: — Бутылочку шампанского брют, бутылочку водки, минералку, вишневый сок и шоколадку. Остальное — по ходу пьесы.
Застолье развивалось по вполне стандартному сценарию. Родик ощущал себя непринужденно. Произносил тосты, делал комплименты. Учил девушек пить шампанское с «купающимся медведем». Им очень нравилось наблюдать, как кусочки шоколада то всплывали, облепленные пузырьками, то, растеряв пузырьки, тонули. Наконец бокал пустел, и кусочек шоколада попадал на язык, снимая легкую оскомину от брюта.
Потом Родик танцевал со Светой, позволяя себе массу вольностей, которые она без жеманства принимала. Родик чувствовал, что они все больше сближаются и их сексуальное возбуждение взаимно. Жора заметно опьянел. Это происходило с ним и раньше, но Родик знал: скоро он впадет в состояние, при котором будет душой компании — до тех пор, пока не заснет. В Болгарии его хватало часа на два-три. Посмотрев на часы, Родик понял, что, к сожалению, пора закругляться. Требовалось, пока Жора в форме, заехать к нему в офис за образцами товаров. Со Светой он решил встретиться в другой раз, в более подходящей обстановке.
Улучив момент, когда девушки вышли, вероятно, в туалет, Родик предложил:
— Давай сматываться. Уже десять, а нам еще за образцами заезжать. В другой день продолжим.
— Ты прав. Пора. Меня уже в сон клонит.
Родик подозвал официанта и попросил принести счет, пару бутылок шампанского и плитку шоколада, подумав, что, пока они будут в офисе заниматься делами, девушки развлекутся с «купающимся медведем». К возвращению Светы и Анжелы он уже успел расплатиться. Узнав о намерениях мужчин, дамы расстроились, но Родик был непреклонен, а Жора уже начал терять кураж.
Оживился он только на улице, где смог похвастаться своим «БМВ». Родик, до сих пор ездящий на «Жигулях», не одобрял, как он называл, выпендрон на иномарках. Объяснять это пьяному Жоре он не хотел и просто промолчал, открыв по-хозяйски заднюю дверцу и усадив Свету в машину.
Жора долго петлял то по темным улицам, то по широким проспектам. Родик второй раз за день дезориентировался. Этому способствовала Света, которая продолжала принимать его назойливые ухаживания на заднем сиденье автомобиля. Родик позволял себе все больше вольностей, и неизвестно, чем бы все кончилось, если бы Жора не сообщил, что они уже приехали.
Офис располагался на первом этаже жилого дома и имел отдельный вход. Внутри это была стандартная трехкомнатная квартира, в одной комнате которой Жора организовал склад, вторую приспособил для работы, о чем свидетельствовали шкафы и письменные столы, а третью, самую большую — для отдыха. Здесь стоял сервант с посудой, холодильник, диван, два кресла и журнальный столик. Родик поставил на журнальный столик шампанское и предложил девушкам не скучать, пока они займутся делами.
Жора уже копошился на складе. Родик присоединился к нему, и вскоре они отобрали необходимое количество образцов.
Родик посмотрел на часы — половина двенадцатого. Жора находился в последней стадии своего опьянения — движения его замедлились, глаза превратились в щелочки, он постоянно пытался присесть. Казалось, он сейчас уснет.
— Давай собираться. Тебе еще меня домой везти, а ты почти спишь, — сказал Родик. — Ехать придется через всю Москву. Не меньше часа в одну сторону.
— Слушай, давай завтра утром поедем? — предложил Жора. — Я сейчас девок отвезу. Потом по сто грамм и спать.
— Ну давай, — оценив состояние Жоры, согласился Родик. — Только мне надо домой позвонить. Предупредить. Где у тебя телефон?
— Всюду, но лучше из рабочей комнаты позвони.
Родик набрал свой домашний номер. Окса ответила мгновенно:
— Родик, ты? Уже почти двенадцать! Я волнуюсь. Ты опять пил?
— В этом и дело. Ты знаешь, что я дал себе слово пьяным за руль не садиться. Пить не хотел, но Жора меня уговорил, пообещав отвезти домой. Сейчас он в таком состоянии, что я с ним боюсь ехать. Мы у него в офисе. Это в тьмутаракани, где-то на Боровском шоссе. Такси тут не поймать. Деревня. В общем, я здесь переночую и утром приеду. Ложись спать.