– В Брусницынских хоромах есть, где разминуться. Бог не выдаст, свинья не съест.
– Не понимаю я тебя. Малохольный ты какой-то.
– Идем или нет?
– Я не пойду, – решительно отказался Толик. – Котел без присмотра оставлять нельзя. И тебе не советую под пули подставляться. Или ты…
Он прикусил губу и пристально уставился на Дмитрия.
– Думаешь, я убийца? – криво улыбнулся тот.
– Чем черт не шутит…
– Ладно, ты прав, – неожиданно согласился парень. – Не стоит лезть на рожон. Пойду-ка я домой спать. Спасибо за приют, с меня причитается. Давай, пока…
Он вышел на улицу и зашагал прочь, пока Толик мог видеть его в окно. За углом Дмитрий свернул в проходной двор, чтобы срезать расстояние до особняка. Макс входную дверь за собой иногда не закрывал по забывчивости.
«Этим я и воспользуюсь», – подумал молодой человек, сжимая в руке нож…
Глава 31
Горбун хитрил, недоговаривал, но Илья и не ждал от него полной откровенности.
– По-твоему, вампиры все-таки существуют?
– И черти, и вампиры, и русалки, и лешие, – развалившись в кресле, перечислял Корней, сделал паузу и вдруг добавил: – И оборотни! А ты сомневаешься?
Ирина побледнела. Аня вздрогнула и прижалась к ее плечу. Слова горбатого гостя падали на благодатную почву, напоминая о прошлых кошмарах.
– Не надо было тебе сюда ехать, – вздохнула Ирина, поглаживая ее по голове.
– Там, где Илья Самбуров, жди беды, – поддержал ее Корней. – Он вас приведет прямо в пасть маньяку! Ха-ха-ха! – залился он зловещим смехом. – Место встречи изменить нельзя! Это Брусницынский дом, не иначе!
– Хватит каркать, – возмутился Илья и погрозил ему кулаком. – Схлопочешь.
– Я тебя не боюсь! Руки коротки, – продолжал хохотать горбун. – Ой, ржу не могу! Ты кого пугаешь, сценарист? Меня не такие пугали… И где они все? А я вот он, живее всех живых…
– Не слушайте его, девочки. Он нарочно идиота корчит.
Смех оборвался, и на лице Корнея застыла злобная мина.
– Пока мы тут препираемся, убийца готовится нанести удар, – процедил он и подмигнул Илье. – Как твой сценарий, движется к кульминации? Еще один труп не помешает, верно? Все развивается по законам жанра.
– Ирина, уведи Аню в кухню, – приказал тот. – Приготовьте кофе и бутерброды. Все проголодались.
– Кто ночью холодной бегает злой, голодный? – дразнился горбун. – Сочинитель хоррора в поисках крови и ужасов! Чем ты лучше меня? Ась? Кто дает тебе пищу для творчества? Маньяки, садисты и вампиры?
Илья дождался, пока за женщинами закроется дверь, и придвинулся ближе к собеседнику.
– Что еще тебе известно о Николае Радкевиче?
– Больше ничего…
– Он был вампиром?
– О нет! Нет! С чего ты взял? Примитивно мыслишь!.. Радкевич ведь не пил кровь своих жертв. Ему доставляло удовольствие совсем другое. Он мнил себя чистильщиком! Уразумел? Освобождал землю от грязных шлюх, которые увлекали мужчин в ад! Чем не благородная цель?
– Почему в материалах дела Радкевича нет ни слова о Зинаиде Герус?
– Ты читал само дело?
– Нет. Только то, что нашел в Сети.
– Полагаю, причина банальна. Тело горничной просто не обнаружили. Ее кости истлели там, куда Радкевич запрятал труп: где-нибудь под кучей мусора на пустыре, куда выбрасывали отходы заводов и фабрик. Разве это важно?
– Ты же неспроста заговорил о ней? – наседал Илья.
– Она была воровкой.
– Это я понял. Брала у хозяев все, что плохо лежит. Когда дело дошло до драгоценностей, Брусницыны не стерпели.
– Горничная ушла не с пустыми руками, – ухмыльнулся горбун. – Но затаила злобу. Возможно, в отместку за увольнение она разбила то самое зеркало… ну, в котором томилось отражение Дракулы, а следовательно, его дух. И солнце Брусницыных закатилось! Везуха закончилась. Для них наступили тяжкие часы испытаний. На них неумолимо надвигалась тьма, которая в конце концов поглотила всех! Где потомки бывших заводчиков?.. Их нет! Они канули в бездну революции и Гражданской войны, были истреблены, вымерли. Роскошный дом опустел. Теперь туда ходят темные личности, там снимают странные фильмы. Но жизнь давно покинула эту печальную обитель! По ночам в комнатах и коридорах особняка снуют призраки и всякая нечисть. Не каждому удается выйти наружу тем же самым человеком, сохранить здравый рассудок. Это лишь кажется, что в тебе ничего не изменилось… В действительности ты уже не тот, в твоем сердце поселилась черная тоска, и душу твою точат могильные черви…