– А других? Лизу, например? – допытывался Илья.
– Надеюсь, что нет…
– То есть ты не уверен?
– Я склонен думать, что их убил кто-то другой. Мои проблемы с памятью не дают мне права утверждать точно!.. Когда живешь долго, события путаются, реальность кажется зыбкой, словно сон. А во сне всякое случается! Уснул, проснулся… а что было в промежутке, бог весть!
– Не тебе упоминать Господа всуе, – назидательно молвил Корней. – Окстись! Не приумножай свою карму, упырь.
– Не люблю это слово, – поморщился Дмитрий.
«Неужели, он и есть безжалостный злодей? – поразился Илья. – У него внешность красавчика, культурная речь, модная одежда. На вид этому парню не больше тридцати, даже с натяжкой. А он, оказывается, топчет землю три столетия? Бред…»
– Итак, ты участник Пляски Смерти, – констатировал горбун. – Мы должны аплодировать? Восхищаться? Сочувствовать?
– А может, ты сумасшедший? – ввернул сценарист. – Псих? Тебя следует отправить на принудительное лечение?
Дмитрий насупился и молчал, у него не было более аргументов в свою защиту.
– Чего ты требовал от Ани? – наседал Илья. – Зачем угрожал ей?
– Она вас всех обманывает, – буркнул парень. – Я видел ее в квартире Лизы, когда… ну, вы понимаете… Вот и решил выяснить, догадывается она насчет меня или нет. А заодно заставить ее рассказать о цели приезда.
– Так она же не скрывает, что…
– Я ей не верю! – отрезал Дмитрий. – Дядя наверняка дал ей наводку!
– Ты о чем?
– Деньги и ценности, которые хранила на черный день Вера Карловна, должны были достаться Ане. Но я ее опередил! Пляска Смерти требует вознаграждения.
– Значит, это ты перевернул там все вверх дном? Ты еще и грабитель? – возмутился Илья. – Ну и ну! Что ж ты перчатки снял, перед тем, как шарить по чужим вещам?
– В квартире все равно полно моих отпечатков, – возразил парень. – Я не раз бывал у Лизы… в качестве любовника. Там повсюду мои пальчики. И не только мои, полагаю.
– Ты убил ее за дурное поведение?
– Я застал Лизу мертвой, клянусь!.. Выходит, ей ничего не понадобится. Почему бы мне не забрать то, что плохо лежит? Но я ничего не нашел! В квартире одно барахло…
В ангаре гулял ветер. Убогая обстановка, запах химикатов и капли, со стуком падающие сквозь дыры в прохудившейся крыше, – неподходящая локация для мистической сцены. В сценарии Илья бы прописал склеп или хотя бы заброшенное кладбище.
– Да ладно, Димон, – хмуро процедил горбун. – Хватит заливать! За кого ты нас принимаешь?..
Глава 36
Филиппов уехал из особняка домой на служебной машине. Он очень устал. Принял душ, но уснуть не смог. Мысли о Люсьене одолевали его с особой силой. Он сам позвонил ее мужу и сказал горькую правду.
– Вы были там и не спасли ее? – упрекнул его Дубинин. – Не могу в это поверить! Кому нужна такая полиция?
Филиппов понимал, что его объяснения звучат неубедительно и беспомощно, но что еще он мог добавить к сказанному? Выслушав все обвинения и угрозы убитого горем супруга, он выразил соболезнование, извинился и нажал на кнопку отбоя.
Совсем недавно в клубе «Дарк» он пообещал передать Люсьене дневники своего предка, петербургского сыщика Владимира Филиппова, успел пожалеть об этом, а теперь его опрометчивое обещание потеряло смысл. Записки не попали в руки журналистки и уже не попадут. Наверное, так и должно быть. Мертвые оберегают свои тайны самым непредвиденным способом.
Филиппов ощущал тяжелую пустоту внутри. Гнетущее бремя в отсутствии какой-либо перспективы. Он словно уперся в стену, загнал себя в тупик. Сочувственные взгляды коллег раздражали его, слова поддержки – коробили. Как дальше вести расследование? За какую ниточку тянуть? Граф Дракула сыграл с ним злую шутку!..
Капитан зачем-то открыл ключом секретер, где держал дневники, и начал их читать. Может, покойный Филиппов подскажет ему, как действовать? Сыщик в своих записках подробно изложил историю покупки Брусницыным пресловутого зеркала, которой его потомок раньше не придавал значения.
– Так… что он тут пишет… Ага!.. Николай Мокеевич приобрел означенную вещь в Венеции, в богатом палаццо на площади Сан-Марко, – прочитал вслух капитан. – Хозяйку предупредили, и она ждала русского купца… Женщина под черной вуалью назвалась княгиней Борджиа. Ее принадлежность к знаменитой итальянской семье поразила покупателя…