Я еще раз убедилась, какие у Сергея Витальевича знакомства – Жуков, Королев, сын Сталина! И еще, вероятно, такие, о каких даже не могу представить. Я прихлебнула шампанского и вздохнула:
- И все-то его уважают и все-то любят. Даже я, старая перечница! За что мне такое счастье?
И ту на меня нашла такая глухая тоска, что я чуть не заплакала. Выхватила из сумки платок и прислонила к глазам.
- Этого еще не хватало!
Услышала я за спиной тихое восклицание:
- Прости! – Увидела виноватое лицо моего генерала. – Он очень расстроен. Ему вновь отказали в выезде.
Тут он мне все и рассказал об аресте, о необоснованных притязаниях, о лишении погон и даже наград.
- Выгнали даже из дома, где он жил и теперь вот обитает здесь, пока ему не определили место высылки. Он думал, что сможет уехать в Китай, но не получает визы.
- Он что любит китайское, что живет здесь? – Удивилась я.
- Он любит Мао! – Хмыкнул генерал. – Всё об этом! Давай продолжим праздновать!
Он вновь налил и мне и себе. Чокнулись, и генерал опрокинул разом рюмку в рот. Потом налил ещё.
- Ты расстроился? – Взяла я его за руку и не заметила, как перешла на «ты».
Он был так озабочен, что даже не понял. А потом вдруг опомнился.
- Прости, что ты сказала сейчас?
- Я спросила, чем ты так расстроен, Сережа! Не стоит! Все еще может утрясется и он получит что хотел! – Улыбнулась я и он схватил меня за руку, прижал к губам и посмотрел на меня счастливыми глазами.
- Я бы вновь хотел повторить его глупый приход и расстройство нашего праздника, лишь бы вновь услышать из твоих уст «ты» и «имя». Скажи еще раз, прошу!
- Я люблю тебя, Сережа, и очень скучаю! – Сказала я глядя ему в лицо.
Его глаза повлажнели, как тогда, только теперь в них была радость.
- Я сегодня самый счастливый человек, любимая моя девочка! Спасибо за такой подарок! Чем я смогу отплатить тебе? Звезду с неба? Может несколько позже. Обещаю!
И он сказал это так серьезно, что я вспомнила Королева и его «созвонимся». А потом еще и телефонный разговор, уже перед самым моим отъездом.
Я сидела за столом в его кабинете и ждала звонка от него, с известием о разрешении вопроса общежития. Подняв трубку, услышала мужской голос:
- Сергей Витальевич? Это Королев. Вы мне нужны.
- Это не Сергей Витальевич, а Валентина. Помните меня? Кремль, награждение?
- Да-да! – Засмеялся тот. - Как же, как же! Вы та милая девушка с Соломиным. Помню-помню! С новым годом! А можно ли услышать Сергея Витальевича?
- Его пока нет дома, – ответила я, – но он должен позвонить. Что ему передать?
- Гм! Передайте, что звонил Королев и он мне нужен.
- Хорошо, Сергей Павлович, так и скажу.
- Ну, до свидания, милая барышня! Желаю счастья в новом году!
- Спасибо! – Пискнула я и услышала звук отбоя.
- Вот скажи кому-нибудь в нашем времени, что разговаривала с самим Королевым – не поверят!
Вздохнула и положила трубку.
Сейчас я смотрела на склоненную к моей руке голову этого человека и понимала, как он мне дорог. За всё, что он делал, чем занимался. За его натуру и характер, за ум и воспитанность, за силу и мужество истинного мужчины, который всегда встанет на защиту, не бросит, укроет и убережет от тягот жизни. Наклонившись, поцеловала в волосы и услышала легкий аромат его одеколона.
Водитель ждал нас у подъезда. Через полчаса генерал провожал меня у дверцы, поцелуем руки.
- Мы увидимся? – Спросил он с тревогой, наклонясь к моему лицу.
- Обязательно! – Кивнула я.- Я сама тебе позвоню!
- Я буду ждать! – Откликнулся он и выпустил руку из своих пальцев.
- С днем рождения, Валечка! – Услышала я в спину.
Обернувшись, помахала рукой и убежала в подъезд.
Следующая наша встреча была только через два месяца.
*******************************
Сразу предвижу разговор о Василии Сталине. Его появление мне необходимо для дальнейшей завязки. Так что не надо меня поправлять с его свободным хождением по столице. Это моя художественная задумка. Знаю, что в это время он был арестован. Но здесь же - АЛЬТЕРНАТИВНАЯ история!
Глава 2.
Маше я рассказала всё между лекциями, даже о Василии Сталине. Она ахала, прижимая руки к щекам. Ей тоже, как и мне было жалко его, и она совсем не понимала, зачем так дискредитировали делА вождя.
- Мы верили Иосифу Виссарионовичу и даже тогда, когда немцев выселяли из центральных земель вместе с семьями к нам в Поволжье. Понимали, что если придет фашист, то не пощадит, как и евреев. Мы для него тогда были предателями. А Сталин понимал, и ему мы были дороги. А сейчас уж и не знаешь, во что верить. Зачем-то сына арестовали? Он-то что им сделал?