Ночью меня растолкал Наина, я сонно поднялась в кровати, потирая заспанные глаза и уставилась на растрепанную женщину: прическа сбита, губы распухли, а глаза горел огонёк торжества.
— Что случилось? Пожар? — пробормотала я.
— Аннабель, я все уладила с твоим отцом, он согласился на твоё путешествие, конечно при условии еженедельных писем… Единственное, я думаю, нужно поспешить с выездом, боюсь завтра утром он может уже передумать!
— Наина, ты же не прибила там моего папеньку? — с удивлением посмотрела я на нее, все никак не осознав свою победу.
— Что ты милая! Я не сделала ничего такого, чего бы не Джеймс сам не желал!
— Светлые Боги! Наина! — я подскочила с кровати на ноги, будто ужаленная осой, — Прекрати! Я поняла! Но не вижу необходимости в дополнительных подробностях того, как ты убеждала батюшку!
А когда румянец немного спал с лица, я порывисто обняла женщину и прошептала еле слышно:
— Спасибо тебе огромное!
Багаж я собирала сама и наспех, Наина сильно выбилась из сил после выпавших на ее долю тяжких переговоров с папенькой. И рано на рассвете повозка, мерно покачиваясь, направлялась в сильвилльский порт, где меня ожидало судно "Святая Миллисент" и ее капитан — грозный пират Рыжая Борода.
— Малышка Эни, глазам своим не верю, ты что отважилась на побег?
Подобная фраза немного ввела меня в ступор, ибо таких идей в мою голову ещё не приходило ни разу, а было бы интересно. Учту, если что на будущее. Я неуверенно покачала головой, развеивая ненужные мысли, и сообщила:
— Нет, батюшка просто передумал. У Наины получилось его уговорить.
— Вот это женщина! — восторженно воскликнул Генри и выдавил широкую улыбку от уха до уха, — Если твой отец не женится на ней сам, то, ей Богу, брошу морское ремесло и приберу эту штучку к своим рукам! Негоже, чтобы такая женщина пропадала!
— Не получится, дядя Генри, не отдадим, самим такая нужна, — пробурчала я себе под нос, протискивая саквояж на палубу.
Я стояла на мысу корабля и наслаждалась сладкий вкусом победы и жизнью в целом. Стояла в кружевной шляпке и не переживала, что кто-то посмеет сдернуть ее или проявить прочее непочтение по отношению ко мне. У дядюшки на корабле царила суровая дисциплина, к тому же, меня не по наслышке знала большая часть команды, старички которые не первый год бороздят морские просторы бок о бок с дядюшкой Генри.
Когда я была пятилетней малышкой мне довелось побывать на "Святой Миллисент", не сказать, что это было приятное времяпрепровождение. В прошлый раз нас похитили пираты капитана Гудзона и хотели стребовать у короны приличный выкуп, а бесстрашный Рыжая Борода повторно выкрал, умыкнул из-под самого носа у Гудзона. Нужно ли говорить, что первый был негласно награждён, а второй казнён.
Хоть мое пребывание на "Миллисенте" было омрачено пиратскими бойнями, но удовольствие я получила несказанное, да и батюшка порадовался, вспомнив молодость.
Просиживать юбки и томиться от безделья я не собиралась, мне предстояло заняться воплощением второй части плана, той самой, о которой я умолчала в письме, некогда отправленном дядюшке Генри.
Во-первых, мне требовалось найти кого-то, кто научил бы обращаться с мечом или саблей, ну или рапирой на худой конец (забегу вперёд и скажу, что к моему полнейшему негодованию, на деле это вообще оказались метательные ножи). И, во- вторых, нужно было заручиться поддержкой дяди Генри и убедить оставить меня на корабле, а не сгружать при первой же возможности, ни в какую Ровению я не собиралась никогда!
Просить совета по поводу наставника у дядюшки я не решилась, ибо боялась, что он меня раскусит на раз, два… И если он что надумает, то потом его уже не переубедить, он будет потревердолобее моего папочки. Поэтому на роль учителя по моим наблюдениям идеально подходил пират по имени Берг: огромный, лысый, одноглазый медведь, весь усыпанный шрамами, а его одна ручища была толще моей ноги раза два. По молодости, его постоянно ловили, избивали до смерти плетьми, приговаривали к казни через повешение, но Боги благоволили ему, если так можно сказать.
Будучи малышкой, я ужасно боялась не то что смотреть в его сторону, но и дышать, когда Берг проходил неподалеку от меня. А ещё он вечно скалил золотые зубы, отчего я едва ли не падала в обморок.
Не скажу, что с годами мой страх улетучился, нет, коленки дрожали по- прежнему, а сердце бешено стучало в районе желудка, но тем не менее, я собралась с силами и прошла в камбуз.