И когда я совсем отчаялась, что ни разу не было возможности поговорить с дядюшкой Генри о моих планах на будущее, как почти за день до прибытия в Ровению, Боги послали мне такой шанс: на море внезапно начался шторм.
— Аннабель, что ты все ещё делаешь на палубе! Брысь в каюту, и привяжи себя к койке! — рявкнул дядюшка, что я чуть малодушно не поняла его словам.
— Дядя, я хочу попробовать помочь! Меня многому научили в Обители, — прокричала я сквозь ревущий ветер и дождь. Пару раз меня чуть не подняло вихрем и не выбросило за борт.
— А кто поможет мне, если с тобой что случится?
— Я привяжу себя к матче и все равно попробую!
Дядя посмотрел на чёрное море, прикинув сколько времени у него в запасе, потом на меня и поманил меня рукой:
— Спеленаю тебя как мамка-кенгуру детёныша, только к спине! Раз ты такая упертая, Эни.
И наспех обмотал меня за ноги и за талию к себе, не забывая при этом ещё и про штурвал.
И я попыталась сосредоточиться, слиться с взволнованным океаном, стать одним целым… Конечно, я лукавила, когда упомянула про Обитель. Да, обучали нас многому, но вот ничего конкретного на тему того, как успокоить ревущую водную стихию…
Я отбросила все лишние мысли в сторону, думая только о воде, представила что я по всюду. И я спокойна… Безмятежна… Только лёгкий ветерок едва касается ровной глади воды…
Тишина вокруг, лишь тихий плеск волн. Нет гроз, бури, капель дождя, только спокойствие. Умиротворение…
Я никогда в процессе медитации в транс не уходила, поэтому не могу с уверенностью обозначить своё теперешнее состояние, но на мой взгляд это было что- то подобное ему.
— Малышка Эни, как ты там? Эй, малышка Эни! — вернул меня в реальность взволнованный голос дядюшки, пытающийся сорвать веревки и узнать, что со мной.
— Я в порядке, просто замечательно, — хрипло отозвалась я, а потом добавила с долей превосходства: — Ну так что, дядюшка, тяжело тебе без хорошего мага на борту?
— Нет, нет и ещё раз нет! — выкрикивал дядюшка Генри на следующий день, измеряя мою каюту своими огромными шагами. — Даже не думай, твой отец меня за такое по головке не погладит!
— Но дядюшка, я же все продумала до мелочей! Папенька ничего и не заподозрит!
— Если бы мы сейчас говорили не о Джеймсе Суонге, то я может быть поверил бы твоим словам. Но, нет, Аннабель! Твой отец не посмотрит на то, что мы друзья, организует эшафот в кратчайшие сроки для пирата Рыжей Бороды и поминай, как звали! И кстати, по поводу твоего "продумала", скажи на милость, это не тогда ли ты все "продумала", когда всю поездку чистила картошку на камбузе и метала ножи в компании головореза?
— Нет, мой план сформировался гораздо раньше, — тихо сообщила я, не думала, что дядюшка будет недоволен моими частными уроками.
— Аннабель, если твой отец узнаёт, я превращусь из Рыжей Бороды в Седую, — дядюшка наконец остановился посреди каюту и о чем-то задумался, накручивая свою бороду на палец.
— И к тому же… Рядом с любимым дядюшкой мне будет гораздо безопасней, нежели в какой-то чужой стране в окружении незнакомцев. — стала лить патоку, видя что Генри стал размышлять над сложившейся ситуацией, — И маг, дядюшка, это же хорошо, когда он есть под рукой…
— Я не замечал раньше в тебе такой силы, Эни, не хочешь поделиться?
— Делиться особо нечем, полгода в Поднебесной Обители дали о себе знать.
Да, я недоговаривала немного, но не лгала.
— Еще что-то, о чем мне следует знать?
— В принципе нет, — я задумчиво пожала плечами.
— Как быть с ежедневной корреспонденцией, которую твой батюшка будет отправлять в Ровению на указанный адрес.
— Все просто, в Ровении у Берга живёт сестра, все письма будут идти через нее. Да, получится задержка чуть больше недели, но не такая уж у нас идеальная система связи во всем мире.
— И ты мне говоришь, что все спланировала заранее? Каким же образом мой кок оказался втянутым в твою авантюру заранее?! — живо уличил меня во лжи дядюшка, будто ребенок, узнавший, как устроен фокус с появлением монетки из уха.
— Дядя, ну что вы в самом деле! — отмахнулась я, — Изначально я должна была провести несколько дней в Ровении, чтобы нанять какого-нибудь человека, чтобы он занимался пересылкой моей корреспонденции. Ничего сверхъестественного!
— Хорошо, Аннабель, беру тебя в штат на тех же условиях, что и Берг?
— Ой, это уже как пожелаешь, дядюшка, — обрадовалась я. — Не напомнишь, каких?
— Полнейшее послушание, дорогая племянница, беспрекословное выполнение всех моих распоряжений.