— Что? — округлила я глаза, — Какого демона?
— Попридержите свой язык, юная леди! Завтра же вам найду преподавателя хороших манер.
Я насупилась, и поняла, что молчание — золото.
Дома меня посетило чувство дежавю: сбор всей прислуги, сдержанный поцелуй Элии и крепкие объятья Наины.
— Юная Леди наказала, всем немедленно разойтись и заняться своими непосредственными обязанности. Аннабель, отправляйся в свою комнату. Ах, да, Наина, ты уволена, убирайся из моего дома к демонам, предательства я не потерплю.
И снова я ошиблась, в повозке были еще цветочки, вот сейчас наступила поистине гробовая тишина, лишь гулкие звуки папиных удаляющихся шагов. Я перевела взгляд с озадаченных лиц слуг на мертвенно бледное экономки, и вот он, казалось бы, долгожданный момент, радуйся, танцуй, но в груди что-то защемило. Знакомое чувство праведного гнева начало заполнять мою душу. Да, что же это творится такое, что возомнил о себе батюшка?! Грозный и великий держит в страхе весь дом, бывало и похуже! Вспомнился и клинок Ястреба у горла, и случай в трюме "Касатки", и многочисленные штормы и бури… А здесь… Так, пустячок:
— Господин Джеймс Суонг! — бросила я ему во след, я заметила как окаменела папенькина спина и он медленно развернулся в мою сторону, — Что за вожжа попала вам под хвост?!
— Что ты сказала? — неверяще прошептал батюшка, а слуги едва ли в обморок от ужаса не упали.
— Я сказала, что в корне не согласна с тем, что вы творите! Я требую конструктивного диалога, а не быть свидетелем ваших тиранских замашек.
— В кабинет! — сдерживая ярость нарочито спокойно сказал отец.
Оказавшись внутри, отец небрежно набросил свой пиджак на спинку ступа и расстегнул пару верхних пуговиц:
— Что ты творишь, совсем страх на своей шхуне потеряла?
— Не то, чтобы совсем, но я стала оценивать свое положение со стороны здравого смысла, а не эмоций.
— Это правда, что тебе угрожал Ястреб?
— Так ты в курсе… Ну смотря какую именно угрозу ты имеешь в виду, — попыталась отшутиться я: — Если угрозу жизни, но да, он угрожал мне моим клинком, но я не думаю, что он серьезно что-то предпринял, тем более я сама полезла на рожон. А если ты имеешь в виду угрозу моей девичьей чести, то нет, ее не было, он так, случайно зацепился за мой бюст.
Шутка не возымела должного эффекта:
— Что?! — взревел отец, — Так это правда! Вот, ублюдок, ему не сносить головы! Мало того, что угрожал, так еще и облапал как портовую… девушку!
— Как ты узнал, что это я? — резко перевела я тему разговора.
— Я не такой идиот, как ты думаешь. — попытался взять себя в руки папенька, — Я сразу же отправил письмо в Ровенскую академию искусств и буквально сразу же получил отрицательный ответ. Сразу же после этого, я лично отправился в Ровению, чтобы понять кто пересылает письма, ведь Наина всегда лично занималась моей корреспонденцией, у меня и мысли не возникло, что она участвует в твоей авантюре. И тут ты просчиталась, глупо было втягивать в это еще и сестру Берга, конечно, мы с ним знакомы и пару раз выходили в совместные плавания. Таким образом я вышел на Бороду, навел незаметно справки и заметь, тогда я не стал ничего предпринимать. Я думал, у Генри хватит разума не идти у тебя на поводу и не повергать твою жизнь опасности. Последней каплей, нужно заменить, была не знаменитая сцена твоего пленения, а то, что принимала непосредственное участие в хищение чертежей!
— Тебе так настолько неприятно, что я переступила закон? — стыдливо проговорила я.
— Светлые Боги, Аннабель… Ты же только что хвасталась, что не идешь на поводу у эмоций, а руководствуешься лишь здравым смыслом. Глупая моя, девочка, я просто очень переживал за тебя все время. А последние события окончательно выбили меня из колеи.
Батюшка подошел ко мне и порывисто заключил в объятья.
— Я тоже скучала, па, но поверь, ни разу не было и намека на серьёзную опасность. Все было под контролем. Так что, теперь, когда мы поняли, что ты напрасно переживал, мое наказание упразднено?
— С чего бы это, Нет, конечно. Могу пойти на уступки, разрешить выход в свет, но больше никаких морских путешествий.
А потом немного поразмыслив добавил:
— Знаешь, детка, я стал задумываться о твоем замужестве.
— Я за Боуди ни рукой, ни ногой! — запротестовала я, немного выходя из себя от такого заявления.
— Если честно, я веду переговоры с графом Себастьяном де Аскони. Я заменил, что между вами царят теплые чувства.
— Какого демона, батюшка! — возмутилась я, — Я ценю, уважаю Яна, даже веду с ним переписку, но между нами теплые дружеские чувства, не больше! Это не повод к замужеству.