— Ну, что ты встала как истукан. Зачем явилась ко мне, чего твоя душа желала? Если бы дело только в кольце заключалась, то передала бы его мне с внуком Илмареем, и дело с концом.
— Как? Вот так просто? А если бы он обманул? — так сильно удивилась я проницательности колдуньи, что не уследила за своим языком.
— Ты смешная, — поднялся в ухмылке уголок тонких старушечьих губ, — Русалки и тритоны никогда не лгут, поэтому зря дрожала от страха перед входом в пещеру. Но кольцо не мое. Не лгу.
— Жаль, что не ваше, — прошептала я и решила сказать все, как есть, — Честно признаться, я хотела в обмен на кольцо просить вашей помощи, чтобы вы сняли заклятие уродства с моего лица.
— Так вот о чем речь! — усмехнулась старуха и снова привлекла меня к себе, жадно всматриваясь в мое лицо.
— Зеркало истинной души… Давненько я о нем ничего не слыхала, видимо, когда мир делили пополам, выбросили его от греха подальше. И правильно сделали, беды одни от него…
— Вы можете мне помочь?
— Откуда ты глупая такая взялась на мою голову? Ничьей магии не подвластно снять заклинание, наложенное древним артефактом.
— То есть это навсегда? — безжизненным голосом протянула я.
— И откуда ты такая нетерпеливая только? — всплеснула Ведьма руками. — Я такого не говорила. А ты вечно перебиваешь меня, что я не успеваю даже фразу договорить!
И тишина. Стоим молчим. Наверное, старуха ждала, что я не выдержу и опять вставлю реплику. Не дождется…
— Так вот. — довольно продолжила она, — Заклинание, наложенное древним артефактом может снять только древний артефакт. Так уж и быть, я скажу тебе, как развеять колдовство, а ты исполнишь мою просьбу.
— Голос мой заберёте? — грустно предположила я, вспомнив сюжет известной сказки.
— Зачем мне твой писклявый голосок сдался? — искренне удивилась Колдунья, а потом добавила с укоризной, — Ну что за шаблонные стереотипы у современной молодежи… Пообещай, что как заклинание снимешь, шкатулку с зеркалом мне назад вернёшь. За такими вещами глаз да глаз нужен, пока она в плохие руки не попала и новых бед не принесла.
— Обещаю, что как только заклинание будет снято, я верну ее вам.
— Второй раз в Омут явишься? — хитро посмотрела на меня старуха.
— Нет, через вашего внука передам, Илмарея.
— Умная девочка, не нужно испытывать судьбу лишний раз. Слушай внимательно и не перебивай. Раньше шкатулка передавалась только между русалками, чтобы проклятье снять, русалка должна была омыть зеркало слезой истинного раскаяния!
Но в тебе нет ни капли русалочьей крови, поэтому поступить нужно следующим образом: смешаешь свои слезы со слезой русалки, принятой в дар, а после оросишь этим раствором зеркало. Все ясно?
— Да, — кивнула я.
— Вот и замечательно. А теперь ступай отсюда, а то твой пират бурю над водой поднимать собирается, Коралловому Рифу ничего серьезного не будет, а Морскому Царю может не понравиться! Шкатулку передавать никому не нужно, бросишь ее в океан, она сама меня найдет. На этом все! Следуй за огоньком и не оборачивайся, а то останешься во Тьме навечно.
— Спасибо, Морская Повелительница! — шепнула я и устремилась за крохотным светочем, сорвавшимся с пальцев колдуньи.
Я поспешила за огоньком, даже и не думая смотреть назад, чего я там не видела, темно и ничего нового. Хотелось скорее выплыть на поверхность, скорее вновь увидеть солнце ясное, скорее узнать, что там творит мой пират!
Успела к самой кульминации: над водой крутился небольшой воздушный смерч, а в эпицентре его висел Илмарей собственной персоной, так ему и надо!
— Немедленно ныряй, хвостатый, в Омут и без девушки не возвращайся! — яростно кричал на него Ястреб.
— Морская ведьма не жалует, когда ее без дела лишний раз беспокоят! — на редкость вежливо отвечал тритон, испугался грозного кэпа, что ли? — Раз девица не вернулась, значит сгинула она в Бездне!
— Ты сейчас сам сгинешь, только не в Бездне, а здесь! — прорычал пират, и воронка закрутилась ещё быстрей.
— Кэп! Я здесь! Отпускай малька, — подала я голос и призывно помахала рукой.
Кэп перевел на меня взгляд, воронка сразу же перестала набирать обороты, отчего тритон мгновенно полетел вниз, и, кажется, весьма неудачно, с громким шлепком вошёл в воду.
— Ненормальные! — злобно проворчал он. Я же решила не упустить возможность и ковать железо, пока горячо.
— Эй, Илмарей, пока ты здесь, случайно не нацедишь мне немного своих слёз в дар? — нагло пропела я, а что, после Омута мне уже ничего не страшно!