— Здрасте, приехали. — Фил хлопнул меня по плечу. — Фу, бяка-бука. Ну хочешь сидеть мокрой, и сиди.
— Фил, мне не смешно. — сказала я, подолом футболки вытирая глаза.
— А мне будто смешно. Снесла бедного ребёнка по дороге, а теперь ещё и глумится. — Филин развёл руками, словно демонстрируя, какая я нехорошая и какой ангельский он ребёнок.
— Да ну тебя. — я шмыгнула, пытаясь успокоится.
— Ага, прям и да ну. Давай уж, колись, что у тебя случилось, бедная и обиженная.
— Тогда уж униженная и оскорблённая. — буркнула я, вспоминая Стефана.
— Достоевского я тоже читал, ну давай уже, сознавайся, чтобы я мог заехать по морде тому, кто тебя обидел. Ведь это Стефан, как я думаю? — Филипп оказался на редкость проницательным.
— С чего ты взял, что это именно он?
— Просто он нёсся следом за тобой. — хмыкнул Фил. — Я поставил ему подножку и сделал вид, что его не заметил.
— А… — потянула я, внезапно заметив, что уже не реву. Видимо в этом и состоял стратегический план Филина, отвлечь меня и заговорить.
— Бяка ты. — произнесла я, поднимаясь и умывая лицо водой из фонтана.
— Да, я такой. — хмыкнул он. — Ну что, идём устраивать инквизицию? — он заглянул в моё лицо, проверяя, действительно ли я успокоилась. Я впервые увидела его почти серьёзным.
— Да ладно уж, пусть живёт. — вздохнула я. — Сама виновата, парень придумал себе что-то, а я его не разубедила.
— У тебя руки в саже. — заметил Фил, протягивая мне платок, чтобы я оттёрлась.
— А, это. — я взглянула на ладонь и сжала руку в кулак. А потом улыбнулась. — Всё в порядке. Просто столкнувшись с прошлым, я смогла одержать над ним победу, но это оказалось больнее, чем я думала. Спасибо, что помог. — Я приобняла Филиппа и трансформировалась в птицу, чтобы вернуться в комнату через окно.
На весь последующий день я превратилась в невидимку, прячась от Стефана в любом углу, а вечером запираясь в комнате на ключ, не отвечая на стук. Я попыталась с ним поговорить, но он и слушать ничего не захотел, пытаясь продолжить то, что не успел закончить. Поэтому, если кто-то хотел что-то сказать, ему приходилось влезать ко мне в окно, потому что Стефан до этого ещё не додумался.
Поэтому и Дану пришлось карабкаться по стене, а потом стучать в стекло, чтобы я его впустила.
— Что за конспирация? — недовольно спросил он, разглядывая ссадину на локте.
— Стефан. — кратко пояснила я, зная, что он и так всё поймёт.
— Ясно. — братишка покосился на дверь испепеляющим взглядом. — Ладно. С этим ещё разберёмся, а сейчас давай в Резиденцию. Бенедикт вернулся.
— Ура! — обрадовалась я, а Дан взял меня за руку и телепортировал прямо в кабинет к учителю.
Бенедикт в походном тёмно-синем плаще стоял возле камина, в котором пылал огонь, бросая на его фигуру желтоватые блики. В кабинете как обычно было полутемно.
Дан подтолкнул меня к нему, а сам незаметно отошёл в тень.
— Здравствуйте. — тихо произнесла я, чувствуя какую-то странную необъяснимую дрожь. Потом я поняла, что обратилась к нему на «вы».
— Здравствуй. — чуть улыбнувшись, сказал учитель, оглядываясь. Я молчала, не зная, что можно сказать. Так всегда. Думаешь о встрече, хочешь что-то сказать или наоборот расспросить… а встретившись, молчишь, все слова куда-то теряются, оставляя после себя лишь растерянность. — Прости меня. — Наконец сказал Бенедикт. Я недоуменно вскинула на него глаза. — Извини, что не мог рассказать тебе, кто ты.
— О чем? О том, что я Девятая? — я чуть приподняла брови и улыбнулась. — Я очень скоро всё узнала.
— Тем не менее, зная, ты всё равно наделала глупостей. — чуть усмехнулся тот. — Но рассказать я тебе не мог. Тебе может рассказать об этот лишь твой предшественник, силу которого ты наследуешь.
— Но… Я думала что ты мой учитель. — я растерянно оглянулась на Дана, но он молчал.
— Нет, мой ученик — Вадим, ты же в паре с Нонной. Вот только она умерла. — по лицу Бенедикта пробежала лёгкая тень. — орден инкантар думал, что я гравис, и во время последней схватки она… Но сейчас не об этом.
— Но ведь силу надо передать лично? — я вспомнила Первых, которые не смогли завещать свои способности.
— Не всегда. Иногда достаточно вещи, что связывает вас обоих. — Бенедикт кивнул на Арий, что висел на моей шее. — В тот день, когда ты его получила, Нонна умерла, ты переняла её силы, и поэтому мы тебя нашли.
— Ясно. — вздохнула я и почесала бровь. — А зачем ты меня вызывал?
— Нас, — Бенедикт имел в виду старый орден, — осталось четверо. И наши силы постепенно переходят вам, мы слабеем, с каждым днём всё сильнее. Совсем скоро мы сможем помогать вам лишь накопленной мудростью, если не погибнем раньше. И тогда все наши проблемы перейдут вам. — Я села в его кресло, забравшись с ногами и молча смотрела на огонь. Мне было страшно, словно происходило что-то невозвратимое. — А проблемы наши — это анимы, которые вырвались из-за девятых Врат, и рушащиеся восьмые. Поэтому я не мог помочь тебе, когда тебя похитили инкантары, хотя ты могла погибнуть, не вмешался, когда ты сбегала в свой родной город, не решил проблемы, когда исчезла Маргарита. — Я удивлённо вскинула на него глаза. Тот чуть усмехнулся. — Да, я прекрасно помню, как это произошло, в отличие от остальных. Я знаю о ваших проблемах внутри ордена, видел, как ссоритесь. Я обо всём знал, но вмешивался, потому что пытался успеть вернуть анимов за Врата до того, как потеряю силы.