Я вспомнила, как день ото дня защита на Резиденции становилась всё слабее, как он всё чаще пропадал, как не мог больше нас учить. Значит, мои догадки были верны, Бенедикт сражался вместо нас.
— Кто освободил духов? Кто взломал последнюю Дверь?
— Мы думаем, что это орден инкантар.
— Это не они. — я кратко рассказала содержание разговора Севером. Бенедикт внимательно выслушал, явно о таком слыша впервые, и надолго задумался.
— Я попробую выяснить, кому это под силу. — он поворошил угли в камине и присел напротив меня. — Теперь о главном. У нас осталось мало времени. Ты должна провести обряд признания как можно скорее. Вы один из самых молодых союзов за всю историю существования орденов, многих из вас мы нашли слишком поздно и не успеваем всему обучить. Я думал, у нас ещё годы впереди, а оказалось, что нет и месяцев. Вы все — одно целое, и если слаб один, слабы все. Как гравис ты должна внушить остальным важность обучения и подъёма до девятой ступени как можно скорее. И устранить все недопонимания, пока они не переросли во что-то большее.
Учитель замолчал, глядя на пламя, я поняла, что это всё, что он хотел мне сказать, поэтому встала, поклонилась ему и тихо вышла, оставив его отдыхать. Следом за мной выскользнул Дан.
Опустившись на пол возле закрытой двери в кабинет учителя, я обнажила запястье и обвела рукой знак света. Теперь это наша битва. Это наш мир.
Теперь только нам продолжать борьбу, которая длилась с самого сотворения мира.
Я попросила Дана вернуть меня в школу и собрать в моей комнате весь орден. Он ничего не спросил, только на мгновение задержался, чтобы взглянуть в мои пустые глаза.
Спустя минут двадцать в моей комнате стали собираться галдящие и непонимающие ребята, я же дожидалась появления всех, разглядывая меч Стихий у себя на коленях. Мне недавно пришла в голову интересная мысль, пока я смотрела на символы, меняющиеся и скользящие по его лезвию, не в первый раз заметив латинские слова.
— Что случилось? — спросил Филин, залезая в мой гамак и надевая подушку на голову, как Наполеон треуголку.
— Где Варвара и Алиса? — вместо ответа спросила я, поглаживая меч, который светился у меня в руках, выдавая злость и растерянность.
— В стране чудес. — хмыкнул Фил, Дан ткнул его локтём, и он непонимающе обвёл всех взглядом. — А что такого?
— Я пойду, позову ещё раз, скажу, что важно. — Майя долго смотрела на меня до этого, потом словно поняла, о чём я хотела поговорить со всеми.
Через минуту она вернулась с возмущённой до глубины души Алисой.
— Мне что, уже и ногти покрасить нельзя? — она хотела сказать ещё что-то, но заметила в моих руках меч, замолчала.
— Варвара? — спросила я, откладывая меч и потирая ноющие виски. Никто мне не ответил, все знали, что Варвара в нашем ордене была почти изгоем: не принимала участие в беседах, не приходила на сборы, постоянно со всеми ругалась и просила оставить её в покое. — Ладно. — со странной злостью сказала я, и, зажав запястье со знаком, вызвала всю свою силу на телепортацию. Голова взорвалась болью, я даже не слышала первых секунд появления Варвары.
— Что за хамство? — вскричала она, едва меня завидев, но я знаком приказала ей замолчать. Потом поднялась, прошла мимо остальных к двери, захлопнула её и на всех стенах по очереди нарисовала знак Солнца. Все непонимающе смотрели на мои действия. Но теперь уйди уже никто не мог, пока я их не отпустила.
— Старый орден теряет свои силы. — начала я, глядя в медленно темнеющее окно.
— Ну и что? — перебила меня Алиса, но заметив мой взгляд, она разом стушевалась и больше не встревала.
— И что из этого? — спросил Филин из гамака. — Всё закономерно, так в принципе и должно быть.
— А ты не догадываешься, что за этим последует? — Дан теребил висящий на шее кулон, который, как я знала, дала ему мать перед смертью.