А потом я вновь умерла.
— Ты как? — спросил Сев, когда я очнулась на холодном полу. Он, скорее всего, пришёл в себя быстрее, потому что уже стол на ногах, размешивая что-то в бокале.
— Не шалю, никого не трогаю, починяю примус. — мрачно сказала я, потирая спину.
— Выпей. — он протянул мне бокал с чем-то прозрачным.
— Это водка? — ужаснулась я.
— Помилуйте, королева! Разве я позволил бы себе наливать даме водку? Это чистый спирт! — в тон ответил Север. — Ладно, не пугайся, это просто укрепляющая настойка.
Я взяла протянутый стакан и залпом, стараясь не распробовать то, что в нём было, выпила, помня свой первый опыт по дегустации панацеи. Во рту остался терпкий привкус, я поморщилась, но действительно почувствовала себя лучше.
— Разжечь камин?
— Может разжечь. — неопределённо пожала плечами я. — Я не так уж сильно замёрзла.
— А мне зябко. — Сев присел на корточки у камина и поворошил угли. Через несколько минут запылал крошечный огонёк, в комнате сразу стало уютнее. Я забралась в кресло, поджав ноги, и смотрела, как Север подкладывает дрова.
Над камином висел большой групповой портрет, на котором была изображена молодая, красивая женщина, сидящая на изящном кресле и держащая на коленях прелестную светловолосую девочку с ямочками на щеках. За креслом, нежно прикоснувшись к плечу женщины, стоял высокий, статный мужчина, сильно похожий на Севера.
— Это твоя семья? — тихо спросила я, разглядывая портрет.
— Да. А что? — он поднял на меня тёмные глаза. Мне стало немного неуютно.
— Ничего. — поспешно ответила я, понимая, что лезу не в своё дело.
— Спросишь, почему тут не изображён я? — спросил Север, глядя на оранжевое пламя. На меня он так и не взглянул. — Потому что это я писал эту картину. После их смерти.
— Прости, я не знала. — тихо извинилась я, а Сев только кивнул. — Может, ещё одно путешествие?
— Вряд ли ты сможешь изменить то, что предначертано. — горько усмехнулся он. — Пойдём. Может, ты хотя бы сможешь понять, почему это произошло.
Вновь и вновь мы шли в прошлое, пытаясь понять, что же случится. Я не понимала, как за такой короткий промежуток времени мы могли так поменяться, стать совершенно другими личностями. Что могло произойти такого, что я перестала верить не то что в себя, в других? Перестала ценить жизнь? Ведь я-будущая прекрасно знает, что идёт на смерть, и делает это добровольно, без сопротивления.
И почему я так удивилась тем плачущим глазам? Кто эта фигура в плаще?
Кто она? Я уже знала, что это женщина, а не дух Хаоса. Вот только кольцо у неё на руке — в форме змеи, кусающей собственный хвост.
Я где-то такое видела.
Лёжа на полу после очередной смерти, я поняла, где. У Бенедикта. А вспомнив, я вновь нырнула в зеркало, не дожидаясь Севера.
И снова Моргет, опять его холодный голос, вкрадчивый и непонятный. И та фигура в плаще.
Время для меня словно остановилось. Я вгляделась в зелёные глаза, застланные слезами. Почему ты плачешь? Почему так и не говоришь ни слова, словно боясь открыться тому, кто сейчас перед тобой. Мне…
И опять взмах рукой, так медленно, словно этот жест растянулся на года. Север уже умер в очередной раз, а через пару секунд должна умереть я.
А вот и кольцо. Кольцо, принадлежащее Бенедикту. Ладонь перед моими глазами, и короткий, всего в сантиметр, шрам чуть выше запястья, возле большого пальца…
Взрыв совсем рядом с собой и странная смерть, словно наполовину, торжествующий крик…
Я ощутила холодный паркет по щекой. Из глаз медленно катились слезы.
Я поняла.
Нужно уметь смотреть правде в глаза, даже если эта правда очень больно бьёт. Ведь та, которая убила меня и убила Севера… Я взглянула на свою левую ладонь и пальцем другой руки потёрла короткий, но толстый шрам на руке, моё напоминание о том, что мне пришлось перенести.
Это я…
Давление поднялось, в глазах опять потемнело. Но я встала, впервые подчинив себе боль, а метавшееся сердце быстро успокоилось. На полу лежал Север, ещё не пришедший в сознание после возвращения. Со сложным чувством, словно увидев его впервые, я всмотрелась в его лицо. Интересно, что он сделает, если узнает, что в будущем его убью я?
Взгляд упал на картину с семьёй Сева. А что если…
Меня там не было, в том воспоминании, но я могу попросить зеркало показать мне, что произошло, что случилось тогда, больше десяти лет назад, раз Сев пытался покончить жизнь самоубийством, стоя на рельсах. И почему они с Даном стали врагами.