— Ты, как и сама догадалась, работала приманкой. И стала заложницей. — Сев от этого нисколько не раскаивался. Он настойчиво заставил меня съесть шоколада и отвернулся. — Мне пришлось блефовать. А когда ты потеряла сознание, мы ещё немного пообщались, и он сбежал, и теперь у нас только два часа, чтобы найти и обезвредить. — Север нашёл в себе силы улыбнуться. Начинался дождь, и я не понимала причин его радости.
— Почему два часа? — нахмурилась я, медленно поднимаясь на ноги, опираясь о стену.
— Время вещь относительная. — непонятно ответил он, безразлично глядя вверх на серое небо, всё его веселье исчезло, похоже, он просто старался меня приободрить.
— Что ты имеешь в виду? — не выдержала я. — Можешь хоть что-то нормально объяснить, я даже уже не требую объяснять всего!
— Когда наше время кончится, мы не сможем ничего изменить. После заката можно возвращаться домой. — ответил он, и я наконец поняла, в чём дело. Вечер. Скоро сядет солнце, и когда оно сядет, делать что-то уже будет поздно. Я слишком долго была без сознания.
— Абзац! — в сердцах я стукнула кулаком по стене, но от этого стало ещё хуже. Пошатываясь, я вышла из переулка, Сев последовал за мной, не делая больше попыток заговорить. — Скажи что-нибудь? — меня уже угнетала сложившаяся тишина, я шла рядом с Севером, погруженная в мрачные мысли.
— Сколько тебе лет?
— Интересный вопрос, — оценил я, — с утра было шестнадцать. Но я уже сомневаюсь, какое это было утро.
— А-а, — потянул он. — Выглядишь младше.
— Хорошо сохранилась. — хмыкнула я. — В Сибири живу, законсервировалась, как мамонты. А тебе сколько?
— Двадцать. — ответил он, странно глядя на меня, причина этого меня не заинтересовала, потому что внезапно я увидела Бенедикта.
— Что?.. — я пригляделась и поняла, что ошиблась. Это был не мой учитель, а Бенедикт двадцать с лишним лет назад, а рядом с ним стояла моя мама, они о чём-то увлечённо разговаривали и не замечали ничего вокруг. Я никогда не видела маму такой счастливой. Я знала, что она знакома с Бенедиктом, но чтобы они…
— Знакомые? — спросил Север, проследив направление моего взгляда.
— Нет. — соврала я, отрывая от них глаза. Явно не стоит акцентировать внимание инкантара на том, что я кого-то знаю. — Показалось. — А про себя подумала, что надо осторожно выяснить у матери, откуда она знает учителя, сейчас же разглядывать их было опасно. — Куда мы идём? — Перевела тему разговора я, оглядываясь кругом.
— На кладбище. — Север вдруг улыбнулся, на щеке появилась ямочка. — Просто на кладбище.
— Шутишь?! — я даже остановилась, разозлённая.
— Отнюдь. — он продолжал безмятежно улыбаться.
— Но… — попыталась возразить я, но весь его вид, такой доброжелательный, окончательно выбил меня из колеи. Я не понимала, что с ним происходят и что за резкие изменения в его поведении. Неужели совесть замучила из-за того, что я чуть не умерла. — Ладно, веди, Сусанин.
Вконец запутанная, я решила уже ничему не удивляться и спокойно следовать за Севером, в призрачной надежде, что он меня не убьёт. Натянув на голову капюшон, чтобы спрятаться от моросившего дождя, я думала, зачем нам посещать кладбище, но ничего гениального в голову не приходило, более того, от усиленной работы мозга опять вернулась ноющая боль в висках, я забросила все мысли подальше и просто шла.
Идти, как он сказал, нам было недалеко, всего минут десять пешком, а потом Север начал рассказывать мне о своём плане.
— Итак, на этот раз ты не приманка. Приманка — я.
— Свежая идея. — не удержалась я от сарказма.
— Должно сработать. Мы разделяемся, ты прячешься в засаде, держа наготове один артефакт, а я…
— Какой артефакт? — перебила я, старательно обходя большую лужу, и поэтому пришлось повысить голос, чтобы Сев меня слышал.
— Не думаю, что тебе понравится, но это вариант единственный. — пожал плечами он, перепрыгивая через журчащий ручеёк. Дождь усилился, а потом закончился, как по мановению волшебной палочки. — Артефакт, отправляющий в будущее. Только он работает за плату. — Север опять улыбнулся и взглянул на меня. — Ему нужна кровь.
— Кровь? — переспросила я, ошарашено на него глядя.
— Свежая. Постоянно, пока он работает.
— Я что, камикадзе-любитель? — возмутилась я, останавливаясь возле вывески «аптека». — Я же только что умирала от потери крови?
— Я привёл тебя в порядок. И тем более, кровь венефа для этого артефакта будет, ммм… Аппетитнее. А я буду занят.