Следом было кладбище, где я показала могилы декабристов, затем недостроенная башня, на которую мы забрались, пока не видел сторож, чтобы обозреть просторы города с высоты птичьего полёта. Я показала статую известного сибирского художника, которому все на удачу тёрли нос, в результате чего он светился, как лампочка, мы даже стали свидетелем этого действа.
Я таскала Севера с собой, даже не ожидая его похвалы, мне самой было приятно побродить по местам детства. Когда уже начало темнеть, я решила напоследок показать ему наш метрополитен, но нигде не могла найти привычных спусков в подземку.
Когда я не выдержав, пошла к тому месту, с которого началось строительство, то там красовалась лишь статуя Ленина.
— Странно. Где метро-то. — пробормотала я. Оглянувшись, я наметила потенциальную жертву, и пока Сев не успел сказать ничего лишнего, пристала к прохожей старушке. — Извините, мы приезжие, слышали, что у вас в городе метро было, а где?
— Так это только строить начали, а потом стройку-то и заморозили. — словоохотливо поведала она. — И никогда видимо и не будет его, метра-то этого.
— Спасибо. — очумело сказала я, отходя в сторону, потащив за рукав за собой Севера.
— Что случилось? — он непонимающе провожал взглядом старушку, которая теперь оглядывалась на статую Владимира Ильича и что-то бормотала.
— Сев, а может быть такое, что вмешавшись во время, мы всё вернули на места, — я спокойно выговорила первую часть фразы, но на вторую моего спокойствия не хватило, — а метро УХАЙДАКАЛИ?! — На нас оглянулись люди, но я тоскливо стукнула его по груди, едва сдерживая слезы и смех. — Оно ведь такое красивое было…
— Ничего, ещё построят. — стараясь не рассмеяться, ответил Сев, обхватывая мой кулак, которым я всё ещё колотила его.
— Ага, построят. Лет через пять. — согласилась я. — Юные разрушители, блин.
— Не переживай, могло бы быть и хуже. — Север всё же рассмеялся, но потом стал серьёзен. — Мы можем уже возвращаться. Я чувствую, как ты восстановилась, а я уже давно отдохнул.
— Правда? — я заглянула в его бархатные тёмные глаза и хмыкнула. — Правда. Хорошо. Пойдём за те дома, можем спокойно открыть портал.
Он кивнул, разом теряя всю ту детскую непосредственность, с которой он вместе со мной удирал от разъярённых охранников ресторана и украдкой тёр нос той самой скульптуре. Сейчас он вновь превратился в холодного инкантара. И, как я уже догадалась, в грависа.
— Ну ладно, до встречи. — я несмело ему улыбнулась, но он не ответил на улыбку. Тогда я пожала плечами и шагнула в портал. Домой… теперь уже точно домой…
На этот раз с телепортацией не было проблем: я оказалась в своей комнате в общежитии школы. Лишь проверив дату календаря, я не спеша разделась и залегла на час в ванне.
Порез на ладони присох, я не стала его тревожить, позволив ему зажить самостоятельно, потом обернулась большим белым махровым полотенцем и вышла из ванной.
За столом сидел Дан и ковырял в ногтях моим кинжалом. Ножны, поблёскивающие в свете лампы, лежали там же.
— Зачем тебе такое страшное орудие убийства? — спросил братишка.
— Карандаши пытать. — радостно ответила я, уменьшая в себе порыв бросится ему на шею. Казалось, я отсутствовала не несколько дней, а месяц. Дан вскинул на меня ангельски-голубые глаза, почему-то бывшие злыми, и спросил:
— Где тебя сегодня целый день носит?
— А? — недоумевающее спросила я, прижимая к груди полотенце. Волосы неприятно холодили спину, я стала уж замерзать, но эта личность явно не собиралась отворачиваться, чтобы дать мне возможность переодеться.
— Ты сегодня не появилась на занятиях, некоторые говорит, что не видели тебя со вчерашнего дня. Сейчас шесть вечера. Повторяю вопрос. Где тебя носило?
Дверь открылась и со стуком вошла Марго.
— Марго! С тобой всё в порядке! — завопила я от радости, которую, похоже, никто не разделял.
— Конечно в порядке! — удивилась та. — Э-э… как бы это тебе поделикатнее сказать. Может ты это, оденешься?
Я ошарашено молчала. Что, все забыли, что произошло?
— Я вообще за книгой про анимов. Даниэль, аккуратнее, она не ребёнок. — сказала Марго, ловя брошенную им книгу и закрывая за собой дверь. Похоже, она решила зайти попозже.
— Ты была в городе? — мрачно спросил Дан. Я вгляделась в его лицо и поняла, что сейчас лучше не калечить его психику.
— Да в городе. — соврала я. — Что теперь?
— Я тебе сколько раз говорил, это опасно! — злобно сказал Дан, отбрасывая в сторону кинжал, словно это он был во всём виноват.