у самого берега поэзии.
Мимо плывут
щепки, огрызки, фантики...
А бумажный кораблик,
нарочно предназначенный
для плавания,
неподвижен.
И всё потому только,
что ручей,
в который его швырнула
неосторожная рука,
мелок для него.
Кто есть поэт
(притча).
Однажды к мудрецу пришли трое
и спросили его, - кто из них поэт...
"О, это очень просто, -
подумав, сказал им мудрец, -
пойдите в поле
и принесите мне по цветку.
А по дороге попробуйте
найти ответ на вопрос:
"Что есть цветок?"".
Через некоторое время
первый из них вернулся.
В руке он держал
расчленённый на составные части
цветок...
"Цветок, ваша мудрость, -
сообщил мудрецу
первый из пришедших, -
представляет собой растение,
которое состоит:
из лепестков белого цвета;
из тычинок, осыпанных пыльцой;
из пестика, который, в свою очередь...".
"Довольно!" - оборвал его мудрец.
"Но, ваша мудрость, -
пролепетал первый из пришедших, -
я ещё не дошёл до главного...".
"Главное в том - что вы не поэт, но ботаник", -
коротко проговорил мудрец.
В это время подошёл второй из них.
В руке он держал лист бумаги,
испещрённый какими-то
расчётами.
"Цветок, ваша мудрость, -
начал второй из пришедших, -
упрощённо представляет из себя
тело вращения, верхняя часть которого -
ни что иное, как эпициклоида
с соотношением
радиуса направляющей
и радиуса производящей,
как...".
"Достаточно!", - прервал его мудрец.
"Но, ваша мудрость, -
удивился второй из пришедших, -
я ещё не сделал заключения...".
"В заключение скажу - что вы не поэт,
но математик", -
коротко проговорил мудрец.
Третий же из них
долго не возвращался.
И когда, потеряв терпение,
мудрец с двумя пришедшими
отправился на его поиски,
они обнаружили
следующую картину.
Третий из пришедших,
словно зачарованный,
стоял посреди поля
и куда-то вовнутрь себя
был направлен его взгляд,
будто и не было ничего вокруг.
И ожил вдруг в его руке цветок.
Словно очнувшись от долгого сна,
раскрыл он бархатистые ресницы
своих тычинок,
умыл своё смуглое от загара
личико
прохладной росой
и засветился вдруг
мягкой улыбкой
утренней свежести.
Затем, кокетливым,
едва приметным, движением
оправил лепестки
своего белоснежного платьица
и, грациозно изогнув
свою нежную шейку,
потянулся к солнцу,
словно дитя малое
к материнской груди...
И не было к поэту вопросов,
ибо зачарованы были
пришедшие.
Ревнивая к себе самой.
"Ты не достоин меня!" -
сказала мне женщина.
И ушла...
Я любил в ней всё.
Она же любила во мне
себя.
Я мог часами смотреть
в одухотворённое
этой любовью
её лицо.
Глядя в мои глаза,
она тоже любовалась
собою.
И порой невозможно было
понять,
кто из нас двоих
любит её больше.
Между мною и ней
была она сама.
И она ревновала меня
к себе самой.
Глупышка!..
Она ревновала меня к себе
тем более страстно,
чем более страстно
я любил её.
Ибо её любовь
была лишь отражением
моей любви.
В моих глазах
она видела себя прекрасной,
моё воспалённое красноречие
говорило моими словами
о любви к ней,
мои губы в порыве страсти
искали её губ,
мои руки ласкали её тело...
Она была прекрасна
во мне
и мною любима.
Но она ушла.
Ведь я не был
столь же прекрасен в ней,
потому что не был любим ею...
Несчастная!..
Неведомо было ей,
что нет на свете
абсолютных истин.
Все истины - в любящих нас!
Репейник и свинья
(притча).
"Вы прекрасны как роза!".
"А вы безцеремонны как баран".
"О, я не ошибся - на вас щипы!..
Должно быть и на запах
вы ароматны?..".
Он пытается принюхаться,
но получает оплеуху.
"О-о! Пожалуй, вы не роза - а кактус;
с ма-аленьким цветочком наверху".