когда тобой восхищаются...
"Но что же муж?" -
спросит кто-нибудь из вас.
А что муж?..
Муж обожал её не меньше
других, -
и больше думал о том -
как расположить к себе
её саму;
чем о том - как отвадить от неё
своих соперников.
Должно быть,
это самое благоразумное
решение для мужа, -
жена которого
настолько хороша,
что от неё без ума
многие другие мужчины.
Впрочем,
возможны и другие мнения -
которые я не разделяю.
Можно убить
красивую женщину -
но нельзя убить красоту.
Почему-то принято считать,
что если женщина
позволяет себе нравиться
другим мужчинам,
то она...
а если муж этой женщины
не принимает никаких
резких мер
по отношению к ней,
то он...
Может быть,
все эти рассуждения
вызваны
только завистью и злорадством?..
В сущности,
каждая женщина
не прочь бы оказаться
на её месте,
а каждый мужчина
не прочь бы
оказаться на месте
её избранника.
Хотя, как и во всяком
правиле,
здесь есть свои исключения.
Почему же
придерживаться
не самого правила -
а исключения из него?..
Итак,
женщины её не любили;
мужчины - боготворили.
Среди последних -
первым был её муж...
2.
Случалось ли вам когда-нибудь
изведать любовь
настоящей женщины?
О, я говорю не о любви к жене,
которая, за малыми (но великими)
исключениями,
по истечении известного
времени
обращается в привычку.
Я также говорю
не о заурядных любовницах, -
которые ищут
любовной связи,
чтобы только утолить
свою страсть
или унизить мужчину;
с вечными их
капризами и скандалами.
Я говорю о женщине,
которая способна
сама раствориться
в любимом человеке
и растворить его в себе;
раствориться и растворить -
без остатка,
без сомнений и сожалений.
Я говорю о женщине,
способной сотворить
настоящую Любовь -
пусть и недолговечную.
Я говорю о женщине,
имеющей талант
любить и быть любимой.
К сожалению,
роль этого таланта,
как и многих других,
незаслуженно принижена -
пошлым стремлением
заурядности
разжиться на её щедрости...
Некоторым из вас
может показаться странным,
что речь идёт о женщине -
а не о молодой девушке,
едва вступившей
на тернистый путь
самоутверждения.
Но, согласитесь,
всякий талант должен
созреть
для великого
творения.
Я не открою тайны,
если скажу,
что всякий талант
не минует на своём пути, -
подражания,
горьких разочарований,
ошибок и неудач;
и, наконец,
первых робких успехов
и маленьких поражений,
затем настоящих побед
и настоящих поражений...
Тернист и извилист
путь всякого таланта
к вершине...
Но вот, наконец,
вершина.
Что испытывает альпинист,
достигший вершины горы?
Что испытывает путник,
достигший цели своего пути?
Что испытывает полководец,
рядом великих побед
пробившийся к власти?
Что испытывает женщина,
когда наступает момент
её родов?..
Ни в одном языке
нет такого слова,
которое одно могло бы
вобрать в себя
всю палитру
цветов и оттенков -
лёгкости, радости, восторга,
удовлетворения, сомнения,
гордости, страха, сожаления,
ликования...
Такова настоящая женщина
в Любви...
Круг 13.
Дуга 38.
Была жгучая морозная ночь, ветреная и промозглая. В такую ночь хорошо сидеть у хорошо протопленного камина, в окружении самых близких друзей, и наслаждаться теплом и уютом, изредка прислушиваясь к завыванию ветра в дымоходах... Да мало ли что можно делать в тёплом уютном доме в морозную ветреную ночь.
Однако, люди, - в погоне: за властью, богатством и славой; а также - в поисках "хлеба насущного", - забыв о тепле и уюте, покидали свои тёплые жилища и, кутаясь в свои ветхие одежды, торопились куда-то по своим значительным и незначительным делам.
Среди этих несчастных (в эту ночь) был и наш художник. Собственно говоря, это был уже не художник. И вот это-то больше всего и тревожило его. Неожиданно для себя, выйдя из прежнего своего состояния (даже качества), он оказался как бы вне самой жизни; а это порождало массу вопросов и проблем. То-есть, он конечно мог вернуться домой и продолжить прежнюю жизнь; но он уже понимал, что он этого не сделает... Какая-то новая волна ощущений, мыслей и образов влекла его. Но живопись уже не могла вместить их в себя. Он вдруг понял - почему у него не получался портрет Иисуса. Точнее, он понял - что образ Иисуса невозможно изобразить на полотне. И что суть его прихода была не в том - чтобы люди изображали его, - а в том, чтобы люди подражали ему; и чтобы следовали за ним и делали то, что он делал.