Преподаватель перерубил корень, но его место тут же заняли три новых.
— Не ждите! — крикнул он, после чего движением плеч перекинул через барьер Хаяси, — Хватай девчонку и беги!
Гигант, напоминающий вырезанный из дерева человеческий скелет, приближался, барьер уже отрезал их друг от друга, а корни все сильнее оплетали тело макиавеллиста.
— Чего ты ждешь!? Беги!
— Тадеуш, быстрее! — поддержала его Бетти, — Оно приближается!
Глухо матерясь по-арабски, Чезаре продолжал рубить корни. Посмотрев на него напоследок, Сикора подчинился. Усилив до предела мышцы спины, он взвалил на плечи всех трех девушек и двинулся дальше. Вскоре грохот шагов, треск сучьев и мультиязычный мат начали затухать, и тогда Тадеуш сказал:
— Пани Бетти… В моем кармане мобильник… Немедленно позвоните Нарьяне… У меня маяк в ошейнике… Пусть вышлет группу…
Два раза девушку упрашивать не пришлось.
— Мисс Нарьяна! — спустя две секунды гудков затараторила она, — Вышлите группу на координаты маяка Сикоры! Срочно! Мы в опасности!
— М-м-м… а что у вас произошло? — послышался совершенно спокойный ответ в трубке.
— Джейк вызвал огромного деревянного скелета, — пояснил Тадеуш, — Пан Финелла остался с ним разбираться, сказав нам сваливать.
— Чезаре был всегда странным… Но чтобы деревянный скелет…
Однако, дослушать ответ они не успели. Тяжелые дубовые ветви внезапно изогнулись, и одна ударила Тадеуша в грудь, а другая — Бетти по рукам.
— Сюрпри-и-из!!! — услышал Сикора знакомый голос. Свой собственный голос.
Джейк спокойно стоял перед ними, опираясь плечом на дерево и сложив руки на груди. Именно руки, хотя одна из них как будто была сама сделана из переплетенных корней. Он ухмылялся с видом явного превосходства, глядя сверху вниз на опрокинутых студентов и так и не проснувшихся мико.
Тадеуш же, встречая его взгляд, чувствовал только ненависть.
— Сейчас у тебя будет сюрприз… Кстати, как живот? Можно поздравить с облегчением? — улыбка Сикоры стала поганой, — Пани Бетти, вам не нужен клок его волос? Или мой сойдет?
— О, не беспокойся, — хихикнул Джейк, — У меня теперь организм несколько интересней, чем у тебя… а ты, я вижу, научился пользоваться чужой силой.
Он расплылся в широкой улыбке.
— Хорошо, но недостаточно, — он резко 'разбух', словно надувной бодибилдер, а мышцы Тадеуша мгновенно сдулись до уровня обычного человека.
— Дешевый базарный трюк, — ответил студент, поднимаясь на ноги, — Ты, пёс, как был клоуном, так им и остался.
Поляк наклонил голову набок, будто присматриваясь к чему-то.
— Да, определенно, тебе стоит повязать шею розовым бантиком. Для полноты образа.
На этот раз Джейк не столько улыбнулся, сколько оскалился.
— В любом случае, у меня есть преимущество, — он поднял деревянную руку перед лицом, демонстрируя разбухающие на кулаке пузыри, — Хотя бы в том, что я знаю, что могу я… И чего не можешь ты.
Он широко улыбнулся, а затем со всей силы ударил рукой по земле, в сторону Тадеуша и, соответственно, девушек. Пузыри лопнули, выбрасывая целую стаю чего-то похожего на грубое деревянное подобие пауков, которые все вместе выглядели как коричневая волна.
Тадеуш понимал, что сделать он может совсем немногое. Сейчас пауки достигнут их, и тогда… Мико точно погибнут. Насчет себя он не был уверен: вероятно, Джейк хочет, чтобы он мучился. Нужно было что-то с этим сделать. Чтобы защитить девушек, ему нужно было придумать что-то… достаточно безумное, чтобы сработать.
Времени продумывать план не было: твари приближались слишком быстро. Тадеуш сделал первое, что пришло в голову. Закрыв рукавом лицо, он бросился грудью в стаю пауков.
Волна пауков накрыла его с головой. Сикора ощутил сотни, тысячи болезненных уколов. Ни один паук не кусал глубоко, но вместе они резали и рвали его плоть.
Больно, больно, больно.
Против своей воли Тадеуш закричал. Где-то на грани восприятия захохотал Джейк, наслаждаясь пыткой. Тадеуш закричал, и особенно наглый паук пробрался ему в рот, вцепившись в один из зубов. С явным намерением вырвать его.
Больно, больно, больно.
Кое-как избавив от пауков голову, Сикора понял, что план достиг цели. Все пауки облепили его. Мико все так же лежали под деревом, а Бетти обошла его 'братца' с фланга. Осталось лишь чуть-чуть продержаться… Удержать на себе его внимание… Выиграть ей время…
Больно, больно, больно.
Краем глаза Тадеуш увидел, как колдунья, на магию которой он так рассчитывал, развернулась и бросилась бежать в сторону школы. Что ж. Если Джейк будет разбираться с ним достаточно долго, возможно, она успеет спастись. От этой мысли вскоре пришлось отвлечься, чтобы защитить от пауков глаза.
Больно, больно, больно.
Что ж, возможно, это правильно. Она должна спастись. Он надеялся спрятаться здесь, а в результате — принес с собой это… Чудовище. Соне уже пришлось расплатиться за его трусость.
Боль. Боль, боль и ещё раз боль — это все, что чувствовал Тадеуш, оказавшись в туче пауков, которые терзали его тело, будто тряпичную куклу. Пожалуй, именно в такие моменты человек искренне хочет…
'Умереть?! Ну конечно!' — даже сквозь боль Сикора вспомнил о том, что отличало двоедушников — способность души покинуть тело, которое было лишь сосудом, оболочкой для неё. Все эти мысли бились в его мозгу, то и дело прерываемые воплями боли:
'Должен… освободиться от боли… должен… защитить их! Защитить их всех!!!' — в медленно погружающемся в безумие мозгу всплыли образы всех, кого он встретил в школе — и до неё. Мария, Цепеш, Пешка, Альва, Лилия, Соня, Крис, Хесус, Элли, Эрл, даже Феликс и Балу — всех их он искренне хотел защитить от того зла, что принёс с собой… Сконцентрировавшись на этом чувстве, Тадеуш попытался усилием воли зачерпнуть силу двоедушника и вырваться из оков бренного тела…
Его мышцы вновь налились силой. Кожа покрылась жесткой волчьей шерстью, защищавшей его, как доспехи. Укусы пауков все еще были болезненны, но теперь это было терпимо. Резким движением оборотень отшвырнул навалившихся деревянных тварей.
— Это все, чему научила тебя Флора, ПЁС!? — выкрикнул он, кидаясь навстречу Джейку.
Тот лишь улыбнулся. Новая порция пауков, — на этот раз не бегавших, а планировавших, как белки-летяги, — вылетела из деревянной руки, но Тадеуш, не сбавляя ходу, отбивал их в стороны. Десять шагов. Пять шагов. И вот, дистанция сократилась до одного прыжка.
Оттолкнувшись от земли, оборотень занес руку для удара, но Джейк оказался быстрее. Синтай, в отличие от собственных конечностей, не утратил силы, забранной Тадеушем, и сокрушительный удар пришелся прямо в солнечное сплетение. Против воли согнувшись, Сикора упал на землю. Он попытался подняться, но новые корни обхватили его за руки.
— Ты, мать твою, так легко не сдохнешь! — пообещал Джейк, демонстрируя новые пузыри, набухающие на руке.
'Должен… Защитить…' — мысленно напомнил себе Тадеуш. Почему в его голове мелькнул НЕ ТОТ образ?..
Неважно. Все неважно, кроме одного усилия. Резким движением оборотень разорвал импровизированные 'оковы'. Джейк, разумеется, заметил это. На этот раз встречный удар был нацелен под подбородок. Но Тадеуш все равно пытался хотя бы достать его перед смертью. Уйти, унеся с собой то зло, что принес…
Волчьим слухом он услышал какой-то приглушенный хлопок справа от себя. А затем его лицо вдруг резко обожгло. Что-то прожигало плоть на его лице до костей. Рефлекторно он отпрыгнул назад от непонятной угрозы… Но вдруг понял, что она была нацелена не только на него. Джейк уже не хохотал. Он кричал.
Встряхнувшись, как собака, Тадеуш сбросил с лица капли обжигающей жидкости и только после этого посмотрел на своего врага. Джейк лежал, опираясь на одну руку и одну ногу, — потому что второй у него попросту не было. Протезом руки он закрывался от несшейся ему навстречу полосы белого огня. Вот они столкнулись… И протез отлетел, перерубленный почти у самого основания. В тот же момент и корни, и пауки безжизненно опали.
— Соскучились по мне? — осведомился Чезаре, появляясь будто из воздуха над поверженным противником. Полоса огня оказалась лезвием того же клинка, которым он ранее прорубал себе дорогу через заросли.